Один человек и один город

- С ума сошел?!

Ни носовых платков, ни полотенец под рукой. Наверное, где-то в сундуках кладовой можно найти, а пока утремся футболкой. Вернее, ее остатками.

- Плеваться было незачем.

- Уморить меня решил, да?!

Я бы так не сказал, глядя на наконец-то порозовевшие щеки.

- Это лекарство. По словам врача.

- Лекарство!

Она снова сплюнула, хорошо хоть, уже не в мою сторону. И пробормотала что-то, похожее на благодарственную молитву. Этакие краткие тезисы.

- Чем ты недовольна? Тебе явно стало лучше. Разве нет?

Девица хмуро посмотрела на меня исподлобья, подтягивая колени к груди.

- Живым нельзя пить «Кровь Жожо».

Сразу два вопроса возникает. Нет, три.

Что из себя представляет упомянутая «кровь». Почему ее нельзя пить «живым» людям. И зачем человек по имени Вега включил ее в план лечения. Хотя причину третьего действия можно предположить, основываясь на второй посылке: мертвому любая припарка не причинит вреда. Даже смертельно опасная.

- Это яд?

Тусклые локоны неуверенно качнулись:

- Не.

Жожо помогает. Правда. Только давать его кровь можно лишь тому, кто ни жив, ни мертв. Жожо ходит по самому краю, там, где заканчивается мир людей.

Отлично. Не самая позитивная новость за прошедшие сутки, но хотя бы что-то определенное. Итак, положение Хэнка хреновое, если не сказать грубее. Скорее всего, коматозное, если доктор решился применить столь радикальное средство. Но оно все-таки может помочь или нет?

- А откуда она у тебя вообще взялась? Вещь редкая, варят только на заказ и только для проверенных людей.

- Его зовут Вега. Того, кто дал мне эту штуку.

Кофейный взгляд стал наполовину растерянным.

- Знаю, о ком говоришь. Но зачем тебе…

Вместо ответа я шагнул в сторону, и девица смогла увидеть, что и кто находится у меня за спиной. А когда увидела, повела себя в полном соответствии с ранее проявленным характером: выбралась из кресла и принялась внимательно осматривать Хэнка. По-моему, даже принюхивалась.

- Он кто?

- Мой друг.

Посмотрела недоверчиво.

Ну конечно, мы мало походим на людей одного круга общения. Пока. Потому что через дюжину душей я легко сравняюсь цветом кожи с кем угодно из Вилла Баха. Разве что, кроме тех, кто от рождения чернильно-черный.

- Чем он заболел?

- Понятия не имею.

Девица прошлась взад и вперед вдоль лежанки, еще раз наклонилась над лицом Хэнка, прислушиваясь к чему-то.

- Ему ведь «кровь Жожо» не повредит?

- Не должна. Вега редко ошибается.

Успокоила. Немного.