Твой хомо умер, уходи. Приключения симбионтки

Они оккупировали прилегающие к базарам и вокзалам улицы, усаживаясь на картонки прямо посреди тротуара, звонили в квартиры многоэтажек, отчего в первую очередь взвыли жильцы привокзальных домов и на подъездах начали появляться первые в городе кодовые двери.

Попервоначалу горожане жалели приезжих, щедро отсыпали им милостыню и приносили ношенные детские вещи, потом, поняв, что видят перед собой не временные трудности, а образ жизни, стали задавать властям недоуменные вопросы. В местных газетах появилась пара-тройка статей, а затем и опровержений, в которых национальное общество таджикской культуры разъясняло, что побирушки - вовсе не таджики, а среднеазиатские цыгане-люля, и словосочетание "таджикские нищие" является неверным и задевает национальное достоинство трудолюбивого таджикского народа.

Татьяне Петровне происхождение иностранных нищих было по барабану. Побирушки, вне зависимости от национальности и пола (исключая, впрочем, мелких детей и совсем уж дряхлых старух), вызывали у нее единственное желание: отвесить им здоровенного пинка.

Впрочем, если задуматься, такой негатив был понятным и, если хотите, ответным.

Почти каждому из нас, если он, конечно, не закален работой в органах госвласти, тяжело отказать, когда просят. Каждодневный путь Татьяны Петровны на работу по касательной задевал городской рынок, а затем пересекал и привокзальную площадь. Полтора десятка изобретательных просьб о помощи - и она на месте.

Иногда Коршунова все же поддавалась здоровому чувству жалости, каждый раз потом об этом жалела.

Наиболее ярким эпизодом ее благотворительности было вручение еще советской трехрублевки замотанной в какое-то тряпье бабке, притулившейся в узком магазинном тамбуре. Бабка долго благодарила, кланялась, поминала каких-то святых и кричала вслед "Дай Бог тебе здоровья, доченька!"

На выходе из магазина нагруженная сумками Татьяна, все еще исполненная гордости за свою доброту, снова столкнулась со старухой.

Нищенка, то ли по старости, то ли вовсе не имея привычки глядеть на доброхотов, снова спросила с нее дань, и не получив ее, обложила благодетельницу хорошим трехэтажным матом, обозвав дополнительно коровищей и плюнув ей под ноги.

На втором месте после побирушек в черном списке у практичнейшей с ног до головы, каковой она себя полагала, Татьяны Петровны были экстрасенсы и прочие НЛО.