Факультет менталистики

Лекари ничего не могли поделать, ведь болячка магическая. Магов вокруг хватало, но никто не специализировался на подобных проблемах. Пробовали помочь, но, увы, оказались бессильны. А в городе лечение было очень дорого. У меня просто-напросто не было денег.

– Ужас… – выдохнула я. – Но кто-то ведь помог? – окидывая взглядом чистую кожу девушки и шикарную шевелюру, предполагаю я. – Или само прошло?

– Как бы не так, – при этих словах её лицо скривилось, будто Владлена только что стакан уксуса залпом выпила. – К тому моменту, когда я всерьёз задумалась о смерти, ко мне в палату, в лазарете, заявилась Екатерина.

– Одумалась? – ляпнула и лишь потом осознала собственную наивность.

– Сказала, что сама разобралась с моей проблемой. Проблема… Так она назвала Килея… Так звали того парня.

Девушка умолкла. Конечно же, хотелось узнать, что именно произошло, но было видно, что одни только воспоминания причиняют ей небывалую боль. Спрашивать язык не повернулся.

– И она сняла проклятие?

– Это было бы слишком гуманно для Екатерины, – вздохнула гостья.

– Она повесила иллюзию выздоровления. Меня отправили обратно в общежитие. Приходилось, несмотря на боль и невозможность даже помыться ходить на занятия. Внешне то я выглядела вполне прилично, но запах… И это сотая часть моих бед. Она всё же сняла проклятие. Волосы и кожа на кистях рук, шее и лице восстановились, а вот… – девушка задрала рукав и моему взору предстало изуродованное шрамами предплечье.

– Это разве не лечится?

– За деньги, наверное, – как-то безразлично откликнулась гостья.

– Но душу кто излечит?

«Надо будет поговорить с магистром» – поставила я себе зарубочку на память. Ведь наверняка ему под силу разобраться с внутренними терзаниями девушки.

– Дело в том, что Екатерина сделала так, что Килей внезапно влюбился в парня. И мало того, тот каким-то чудом ответил ему взаимностью. Они обезумели от этой страсти и не скрывали своих отношений. А подобное не приветствуется. Потом она сняла заклятие и сообщила ему, что это моих рук дело.

Я-то знала, что его вины нет. Простила столь постыдную, но непреднамеренную измену. Пыталась объясниться, но он… он даже выслушать меня не пожелал.

– Возненавидел?

– Не то слово, – вздохнула Владлена. – Вот только я его не забыла. А ещё… ещё понимала, что такая уродина никому уже не нужна.

– Но куда смотрели остальные? Они что, ослепли все?

– Посвящённые были опьянены своей избранностью. Я была новенькой. Подруг у меня не было.