Факультет менталистики

Кир кивнул и направился в сторону библиотеки.

Двери местного храма знаний были слегка приоткрыты, и это показалось мне странным. Входим. Внутри тишина какая-то неестественная. Нет, обычно здесь тихо, и даже студенты никогда не разговаривают в полный голос в святая святых универа, но сейчас…

– Что-то не так, – шепчу, ощущая как по телу пробегает целая стайка незваных мурашек, и вдруг понимаю ещё кое-что… – Тьма…

– Но это-то как везде, – отмахивается друг.

– Не скажи, – почему-то переходя на едва различимый шёпот, отвечаю.

– Здесь защита стояла сильная, а теперь…

Нехорошее предчувствие закралось внутрь. И страх. Не столько за себя, сколько за маэстро, успевшего стать если не другом, то наставником, а порой вообще заменявшего мне близкого человека, с которым можно было просто помолчать или выговориться по необходимости, он был тем, кто мог понять и посочувствовать. Хотелось бежать прочь. Спрятаться и никогда не возвращаться, и в то же время разыскать Феофана, вдруг не всё ещё потеряно, и ему можно помочь?

– Найди магистра Валейна, – хоть и тихо, но твёрдо произношу, направляясь к каморке библиотекаря.

Скрипнула за спиной закрываемая Киром дверь. Здесь всё будто потеряло былую силу, вот и двери теперь скрипеть начали. Прохожу мимо библиотекарской стойки: стопка книг рассыпалась, и никто её не поправил. Не дело это. Маэстро никогда бы подобного не допустил. Осторожно, прислушиваясь к гнетущей тишине, крадусь к коморке, где жил библиотекарь.

Внутри всё было как-то неправильно. Ну, во-первых, темно.

Во-вторых, холодно. А память услужливо преподносила мне те моменты, когда я сидела, завёрнутая в плед, возле пылающей жаром печки и пила душистый, горячий чай с мятой и мёдом, изливая на бедного библиотекаря наболевшее или, наоборот, слушая о его потаённых мечтах. И в груди сжимается комок. Не верится, что заядлый фанатик своего дела вот так небрежно бросит двери библиотеки нараспашку, да и то, что защита оказалась снята, как минимум, подозрительно.

Сил на то, чтобы использовать простейшее бытовое заклинание, позволяющее включить свет, не было.

А может, я просто-напросто боялась того, что смогу увидеть? Хотелось плакать, но слёз не было. Ища опору, прислоняюсь к косяку и безвольно сползаю по нему на пол.

Со стороны входа послышались многочисленные голоса. Но мне уже всё равно. Такое ощущение, будто я потеряла кого-то очень близкого. Казалось бы, откуда такие мысли? А вот уверена и всё тут. Такое со мной уже не раз бывало с момента появления на Тарконе.