Факультет менталистики

– А раньше нельзя было об этом сказать?!

– А что бы изменилось? – парировал библиотекарь.

– Ничего, конечно, – вздохнула я понимая, что их вины, по сути, нет. – Но что мне теперь делать?

– Жить дальше, – философски ответил магистр. – Не думай, что ты единственная, кто проходит через всё это. У нас были иные проблемы, но мы же выкрутились, а ты и подавно справишься!

К сожалению, я его уверенность не разделяла. Несмотря на все его манипуляции, заставившие отступить панику и апатию, казалось что всё вокруг ополчилось против меня, что у меня не хватит сил на то, чтобы противостоять этому побочному явлению столь полезного для учёбы проклятия.

– Селена… – тем временем бормотал маэстро, копаясь в каких-то талмудах. – Селена… Редкое имя… Где-то оно было…

– Если мне память не отказывает, была у нас такая студентка, – отозвался на его ворчание магистр. – Выпустилась лет пять назад. Подавала большие надежды… – как-то таинственно отводя глаза, добавил он.

– Ах, да! – воскликнул маэстро и тут же кинулся к очередному стеллажу, содержимое которого было скрыто от любопытных глаз занавесью.

– Вот тут… Ага! Нашёл. Селена Вигентонская обучалась на… Ух ты! Да это же та самая первая девушка на факультете менталистики… Она ещё у меня в библиотеке на первом курсе подрабатывала. Да, завершила обучение ровно пять лет назад. Поступила вместе с принцем кстати. Да… Интересная была девица…

– Особенно интересной была тема её дипломной работы, – покивал явно о чём-то умалчивающий магистр.

«Вигентонская» – что-то мне это напоминает, вот только что именно, припомнить никак не могу, да и вообще, если честно, совершенно не понимаю, при чём тут девица, давным-давно покинувшая стены ВУЗа.

– Помнится, у неё был очень большой потенциал, – как-то странно покосился на товарища магистр, и я предположила, что…

– Она тоже раздобыла эту книгу? – озвучиваю догадку.

– Угу, – отвёл взгляд педагог. – Она просто её взяла прямо в комнате Феофана. Кстати… что-то мне подсказывает – она старшая сестра твоего дружка.

– Кого?! – растерялась я и вдруг перед мысленным взором пронеслась картинка: первое, и пока что единственное, собрание «Лемборнских дев» в моей гостиной, лица клонов вокруг и имя на выданном мне листочке бумаги: «Киреан Вигентонский»! – Мать вашу… – вырвалось у меня.

– А как узнать, была ли она главой здешнего женского общества? – интересуюсь.

– Конечно была, – глядя в свои записи, ответил библиотекарь. – Судя по срокам, она и есть та самая, кто спровадил принца на грань миров.