Некрофамилианин I. Адаптация

Пачка старых газет на углу стола была сложена не очень ровно и не по порядку выхода, их определённо собирали со всего пола; книги в полки оказались возвращены без ожидаемой опрятности, в спешке, временами перевёрнутыми и определённо не в том порядке, что предпочитал покойный граф. Под столом темнело пятно от пролитых чернил, уроненный настольный светильник так и не обзавёлся новой лампой взамен разбитой.

Илья обошёл стол, мельком заглянул в смежную спальню, оттуда в уборную вела узкая дверь. Вернулся и с удовольствием скинул на резную спинку рабочего кресла кожаный сюртук, под которым обнаружилась сложная нательная портупея.

Под левой рукой конструкция была отягощена кобурой с 9-миллиметровым шестизарядным «Княжичем» – компактным и мощным револьвером системы Кольта-Мосина. Под правой в особом чехле покоилась короткая дубинка пату-параоа из китовой кости.

Расстегнув и сняв портупею, Илья аккуратно скрутил ремни и уложил на стол, за которым ещё прошлой зимой заседал Павел Протасов. Огляделся, ещё раз убеждаясь, что всё убранство комнаты сообщало о спокойном и лишённом авантюризма нраве её бывшего хозяина.

Каждая безделушка, книга, писчий прибор или картина на стене буквально кричали, что обитатель кабинета предпочитал безамбициозную чиновничью долю, а выбор пойти по стопам деда и поступить на службу в Комиссию духовных училищ стал осознанным и старательно взвешенным.

Оставалось лишь понять, отчего это вдруг в характере столь уравновешенного и мирного человека произошли определённого рода перемены, вынудившие того отказаться от приложений к Дарам, а затем и вовсе покинуть лоно некрофамилианства…

Лёгкий скрип напольной доски сообщил, что на пороге возник Андрей Константинович.

– Ваше сиятельство, – тонко улыбнулся Илья, – в умении подкрадываться с вами не посоревнуешься…

– О, мой недобрый Хау Ки́но, – вздохнул тот, – вы мне определённо льстите…

Он прошёлся по кабинету, выглянул в окно. Остановился у книжного шкафа, погладил корешки дюжины книг, одними губами проговаривая названия.

– Вынужден признать: скукотища, – наконец констатировал граф и даже покачал головой.

Вдруг перевёл взгляд на глухую деревянную тумбу, намертво прилаженную к стене у шкафа.

– Взгляните-ка, господин Харитонов! Это выглядит куда интереснее!

Он пробежался пальцами по периметру крышки, довольно хмыкнул, щёлкнул крохотной задвижкой, а затем крыльями бабочки распахнул две сдвижные дверцы из тонких дощечек.

Харитонов приблизился, куснул губу и молча уставился на содержимое.