Некрофамилианин I. Адаптация

Здесь Харитонов остановился, почесал татуировку на шее и оглядел двери двух квартир, выходивших на площадку.

Андрей тем временем вникал в декаданс постройки, с ребяческим интересом подмечая струпья краски на стенах, расщеплённые перила и птичий помёт на подоконниках.

– Подумать только, друг мой, а вы ещё ехать отговаривали! – заговорщицким шёпотом сообщил он товарищу, озираясь от загулявшего вверх эха. – Да тут же крайним образом интересно!

Илья хмыкнул. Не ответил, оправил котелок и аккуратно, но решительно постучал в левую дверь.

Открыли почти сразу, но на узкую щель, рассматривая гостей снизу вверх и весьма подозрительно.

– Людмила Степановна? – Харитонов коснулся поля шляпы.

На первый взгляд женщина на пороге показалась старухой. На второй – не такой уж и старой. Лишь пытавшейся выглядеть старше своих лет, едва ли не преднамеренно горбившейся, блёклой и неброской. Но глаза – чуть раскосые, коими в империи уже давно было не удивить, – выдавали не только едва-едва увядающую молодость, но и добротную цепкость ума.

– А вы ещё кто такие будете? – с хрипотцой поинтересовалась она.

Прищурилась на Харитоновские узоры над шейным платком, на тьму обветренной кожи, шрам. Стрельнула взглядом по графу, и веко дёрнулось от ощутимого контраста.

– Доброго дня. Меня зовут Илья Харитонов. Мы друзья и доверенные лица Юрия Марковича, вы ведь его помните? Он длительное время арендовал у вас две меблированные комнаты.

Женщина снова прищурилась, и на этот раз очевидно для растягивания времени.

Впрочем, винить её за хитрость и бытовую смекалку Илья не мог – сложно не хитрить, имея квартиру в четыре комнаты в не самой отдалённой окраине Ново-Петербурга. Простые и наивные в этой гранитной тайге долго не живали…

– Ах, ну да, помню, конечно же, – что-то взвесив, делано спохватилась та, – как тута не помнить-то? Не один год справно за комнаты платил, без пансиона и даже прачки, правда, но вперёд отдавал… – Щель в двери не увеличилась ни на сантиметр. – А сам-то он где будет?

– Юрий Маркович сейчас занемог…

Илья поморщился, прикоснулся к виску растереть, но убрал руку, будто решил перетерпеть мигрень.

– Сам явиться никак не сможет, потому и уполномочил меня…

Людмила Степановна снова прищурилась, ещё раз смерила незваных гостей взглядом. Потеребила край шали, в которую была закутана. Переступила с ноги на ногу. Щель между дверью и коробкой уменьшилась на два пальца.

– Так а я-то тута причём?! – с хриплым вызовом уточнила она.