Некрофамилианин I. Адаптация

Лучшее время для отпуска! Лучшее время для покладистых и горячих подруг всех оттенков кожи; для крепких напитков и редких ссор, чаще всего оканчивающихся потасовкой и совместной пьянкой. Главное, чтобы зима не затянулась, ретировалась как можно резвее, и тогда команда не успеет удариться в окончательный разнос…

Андрей повертел бутылку к свету и убедился, что внутри остались добрые две трети пойла. Задумчиво вернул её на стол; мимолётно посетовал, что стоило бы ограничиться стаканчиком, ведь он изначально не очень-то верил в приход Силивёрстова…

Впрочем, граф всё равно допьёт, пусть даже и вернувшись на квартиру.

Несмотря на внушительное расстояние до залива Порт-Филлип, Андрей отчётливо слышал дыхание океана, его гнев и штормовую бесноватость. Ощущал шкурой, неведомым внутренним прибором сродни тем, что заставляют птиц безошибочно выбирать сторону света.

Протасов осторожно, чтобы не расслышал индус за соседним столиком, вздохнул и приказал себе потерпеть.

Как в прошлом году.

Или позапрошлом…

Неожиданная надежда вернулась к графу, стоило скрипнуть входной двери.

Андрей без лишней спешки обернулся, разом испытав две эмоции. Ожидаемое разочарование, ведь на пороге заведения образовался вовсе не слабовольный предатель Силивёрстов. И искреннее удивление. Потому что в «Пинту» вдруг вошёл рослый служитель Даров. А если судить по украшениям на узком кожаном поясе – в сане не ниже некроиерея…

Мужчина был глубоко немолод, сед, как лунь, и носил аккуратную густую бородку. Когда внезапный посетитель сбросил мокрый капюшон, стала заметна аккуратная лысина в обрамлении коротких белых волос на затылке и висках.

Традиционная фиолетовая накидка определённо выглядела походной, прорезиненной, отчего на ткани почти не задерживалась дождевая вода; плечо оттягивала столь же надёжная сума, ещё один очевидный символ странника Даров.

Узкоглазые мгновенно оценили некрофамилианина, но разом потеряли к нему интерес. Ирландцы взглянули хмуро, исподлобья, перекрестились, но снова запыхтели трубками и больше недовольства не выразили ничем.

– Могу я вам как-то помочь, господин? – с протяжным гэльско-австралийским акцентом уточнил хозяин, удивлённый не меньше Протасова.

– Полагаю, что да.

Некроиерей отвечал на куда более внятном английском, и Андрей поразился, до чего густой и выразительный у того голос. Мужчина улыбнулся и развёл руками.