Они приходят осенью

Она не сопротивлялась, в конце концов эти люди ей жизнь спасли. До сих пор спасали.

Ярослав догнал их, припадая на правую ногу.

— Ты как? — бросила девушка.

— Нормалёк, жить буду. Жирдяй из травмата палил.

Марина увидела, как из ртов поверженных монстров потянулись эфемерные струйки чего-то зеленоватого. Эта субстанция поднималась и рассеивалась в воздухе. Забранная у людей жизненная сила? Что-то Марине подсказывало, что это именно она. Впрочем, сейчас было не до построения догадок. Оглянулась.

— Водитель. Ему помочь нужно.

— Очухается, — резко заявила девушка. — Нам тебя спасать нужно.

— А эти чудовища? Вы их убили?

— Чем, шокерами? Скоро поднимутся и друг на друга начнут бросаться. На мразей электричество странно действует, с ума их сводит. Давай все вопросы потом, лады? — девушка стянула с головы балаклаву, высвободив гриву выкрашенных в фиолетовый цвет волос.

Марина покосилась на того, кто шёл справа: рост — маленький. Неужели ребёнок? А впереди, рядом с тем, кого звали Ярославом, шагала явно немолодая женщина.

Добрались до припаркованной во дворе пассажирской «Газели». Девушка протянула Марине руку.

— Давай телефон. Быстрее!

Исполнила приказ, решив, что сейчас лучше не артачиться и не показывать гонор. Из телефона моментально была вынута и выкинута сим карта. Девушка буркнула «на всякий пожарный» и возвратила гаджет.

Все сняли балаклавы. Марина в своих догадках не ошиблась, мелкий действительно оказался ребёнком, мальчишкой лет тринадцати. А женщина была немолодая, её голову венчали короткие седые волосы. И именно она заняла место за рулём. Остальные быстренько расселись на пассажирских сиденьях.

Резко выдохнув, женщина завела двигатель, повела «Газель» через двор, затем свернула в тёмный переулок.

— А неплохо мы их, а? — улыбнулся мальчишка.

— Нормально, — буркнул Ярослав, потирая раненую ногу.

Девушка посмотрела на Марину.

— Не слабо тебе досталось. Я видела, как толстяк тебя из машины выковыривал, но, уж прости, на помощь прийти не могла, остальных дожидалась. У нас правило — по одиночке не действовать.

Марина приложила ладонь к челюсти, которая уже опухла и жутко болела.

— Куда мы едем? — говорить было трудно.

Ответила ей седовласая:

— В безопасное место. Сама понимаешь, домой тебе нельзя. Ты теперь — цель.

«Я — цель, — с горечью подумала Марина.