Образы чужих миров

Мы не опаздывали к поезду, но я был настолько сонным и ленивым, что возвращаться в гостиницу и разговаривать с кем-либо не хотелось. К тому же я не представлял, что такого могло случиться, что требовало бы срочного решения проблем.

- Скажите ему, пожалуйста, что мы только что уехали, - попросил я.

В поезде мы и думать забыли о звонке Лукаса. Я переживал по поводу знакомства с родителями Эноры. Она успокаивала меня, говоря, что мама с папой милейшие люди, и я обязательно им понравлюсь. В общем, было на что отвлечься.

Между тем Торстен и Лукас бросили на наши поиски все свои умения и связи. Без смартфонов и соцсетей они подняли на уши десятки людей, чтобы сообщить нам нечто важное. До сих пор теряюсь в догадках: случись подобное со мной, что бы я предпринимал, получилось бы у меня? Это сейчас у каждого под рукой множество гаджетов и есть возможность связаться с кем хочешь. В середине девяностых с этим было куда как сложнее.

Было около четырёх часов вечера.

В вагон вошла проводница. По выражению её лица было понятно, что она кого-то высматривает среди пассажиров. Я догадался, кого именно, когда её взгляд сфокусировался на мне и Эноре – лицо проводницы стало серьёзным, а взгляд более взволнованным.

Она спросила наши данные, откуда мы и знакомы ли нам люди с именами Торстен и Лукас. Мы ответили и подтвердили:

- Да, знакомы.

- Только что со старшим дежурным связались по экстренной линии. Ваши друзья пытаются выйти с вами на связь. Что-то очень важное.

- Что случилось?

- Я не знаю, - ответила проводница. – Это был не прямой разговор, а переданное сообщение.

Я поднялся и спросил, куда идти, но выяснилось, что из поезда нельзя напрямую позвонить в Трир. Пришлось дожидаться первой станции в пригороде Парижа. Двадцать или тридцать минут мы провели как на иголках. Нервы были натянуты до предела, бросало то в жар, то в холод, внутри всё колотилось, а голову разрывало от жутких предположений.

Едва выйдя на платформу станции, мы кинулись к таксофонам. Энора сразу же позвонила родителям и сообщила, где мы находимся.

- С вами всё в порядке? – спросила мать Эноры первым делом. – Мы переживаем.

- Всё нормально. А почему вы переживаете?

- Днём несколько раз звонили какие-то немцы, - начала мать Эноры. – Кричали на немецком, и отец положил трубку.