Девятка мечей

Одна из статей, увы, подтвердила худшие опасения. Мальчика, которой написал послание под окнами Карательной инспекции, нашли в лесу под Нэвилем, рядом с железнодорожным полотном. На первый взгляд — несчастный случай, но ушлые газетчики не уделили бы и строчки смерти ничем не примечательного ребенка.

Некромант остался верен себе: убил, забрал жизненную энергию и подбросил на рельсы. Чудовище без сердца!

Заметив, что я побледнела, Гарет вырвал газету и прочитал заголовок.

— Мы должны туда поехать. Сейчас, без полиции.

Там могли остаться следы…

— Ничего там не осталось! — раздраженно ответил Гарет, скомкал газету и выбросил в урну. — Лена, сегодня выходной!

Кивнула, соглашаясь, но мальчик все не шел из головы. В итоге зашла в полицейский участок и попросила достать протокол осмотра места происшествия.

— Прокатиться хотите? — сообразил дежурный.

Этот знал меня в лицо и догадывался, просто так чума по фамилии ишт Мазера в участок не зайдет.

Гарет за моей спиной взвыл. «Выходной накрылся медным тазом», — читалось в его глазах.

Однако я обманула ожидания, потащив жениха в кафе-мороженое.

Щурясь от солнца, доедала вторую порцию, когда завибрировал диктино. Отложив ложечку, ответила на вызов. Беспокоили из банка: на мою карточку поступил очередной платеж — оплата за ведьму.

Вот за что люблю Карательную инспекцию, так это за оперативность!

На радостях отправились на водную прогулку. По реке — на озера, увы, поздно, нужно ранним утром садиться на поезд. Гарет предложил сплавать за пределы Нэвиля, посмотреть на гнездовья птиц.

В Вертавейне по весне собиралось много пернатых. Кто-то пролетом, а кто — на все лето. Попадались изумительные экземпляры, вроде хохлатых журавлей или розовые цапли. Последние облюбовывали наши озера редко, но если уж появлялись, привлекали всеобщее внимание.

— Нехорошо у нас как-то выходит, — Гарет спустился на пристань и протянул руку, помогая мне. Каблуки застучали по деревянным сходням. Я старалась не оступиться, не угодить в щель. — Что ни неделя, то ссора.

— Наверное, накопилась усталость, — предположила я.

— От чего? Или от кого? — Гарет пристально посмотрел в глаза. — Лена, ты стала такая… Словом, раздражительная.

— Говорю же: усталость. У меня на работе неспокойно. Тот же Шакир, чтоб ему на пенсии вечно в нарды играть, донимал. У тебя в налоговой тоже не сахар, одни командировки. Отпуск забыт, до нового — два месяца, вот и лаемся.

Жених кивнул, соглашаясь, и направился к лодочнику, договориться о цене.