Система-Самоцветы 4: Танец серебра

Пусть скажет спасибо, что жива осталась и то хорошо.

— Ладно, хрен с ней с девкой, самое главное, что дело сделали и все живы-здоровы, а остальное ерунда, — сказал я и потянулся. — Теперь бы еще Северову на хвост никто не присел и можно сказать, что все прошло гладко.

— Макс, что за мрачные мысли? — спросил Никита и укоризненно посмотрел на меня в зеркало заднего вида. — С чего бы вдруг ему кто-то на хвост сел? Всех, кто мог что-то кому-то сказать мы ухлопали, а раньше утра «рубинов» никто не хватится, так что не вижу смысла вообще об этом думать.

Вот утром канитель начнется, вот это другое дело. Но это уже совсем другая история и к нам она не будет иметь никакого отношения.

— Ну это как посмотреть, — вмешался в разговор Иван. — Видео с нами мы утилизируем, это само собой, но вот по остальным приметам найти нас можно будет. Так что...

— Вань, не каркай, — отозвался Чернов. — Будем живы — не помрем. Не с нашей работой, о таких вещах париться. Если так думать, то можно вообще на задания не ходить. Не могли же мы всех там в «Плакучей Иве» этой вырезать, правильно?

Больше мы на эту тему не разговаривали, да и вообще не разговаривали и весь остальной путь проделали молча.

Наверное, все слишком устали за сегодня. Да и вообще всего было в этот день — слишком много. Крови, нервов... Разговаривать об этом, точно не хотелось.

Первым завезли домой Ивана, потом уже меня. К тому моменту, когда мы подъехали к моему подъезду уже начало светать. От недосыпа у меня начала болеть голова и очень сильно клонило в сон.

Просто нестерпимо хотелось спать. Я выбрался из теплого салона «Туарега» на свежий воздух и глубоко вдохнул его — в голове немного посвежело. Но все равно этого было недостаточно для того, чтобы боль прошла окончательно, для этого мне необходимо было хоть немного поспать.

— Окей, Никита, давай до встречи! — махнул я на прощание рукой и захлопнул за собой дверь автомобиля.

Ну, вот и все, теперь отдыхать, там наверху мой верный Тоторо дожидается возвращения своего хозяина. Несмотря на то, что я уже валился от усталости, на свой этаж я решил подняться пешком — не хватало еще по закону подлости в лифте застрять и проторчать в нем до утра в ожидании монтера.

Нет, так не годится, уж лучше я поднапрягусь еще немного, как говорят умные люди: тише едешь — дальше будешь.

На этот раз поход на ставший уже родным седьмой этаж показался мне долгим и трудным путем на Эверест. Я с трудом преодолел последнюю ступеньку, подошел к входной двери и, мягко говоря, офигел.