Глубоко, где синий

Очень это было на него непохоже.

Аня опустила взгляд. Положила вилку. Ответила с совершенно настоящим раскаянием:

- Я больше никогда так не сделаю. Я… виновата. Но… Это само получилось.

- Всё у вас всегда «само», - проворчал Он, нанизывая на вилку кусок картошки, - Вот какую бы пакость вы, девочки, ни сотворили – всегда оно у вас «само»! – он жевал картошку, хмурился, но по всему было видно, что это ни в какое сравнение не идёт с тем состоянием едва сдерживаемого раздражения, в котором он был с утра.

- Просто… - она заколебалась, желая и не решаясь объяснить, что именно они чувствовала, с какого перепугу вообще взялась за его оставленную на вешалке куртку.

- Да не «просто», - Он положил вилку и посмотрел на девушку. – Я злюсь – ты не можешь вообразить даже, как, но фактически я злюсь на себя. Какого дьявола я куртку забыл? Что за помутнение на меня нашло, что я согласился тебя одну тут оставить? Как будто сразу было непонятно, что это добром не кончится. – мужчина снова взялся за прибор и поковырял картофелину, точно лишившись аппетита.

- Расскажи, - попросила Аня.

- Да что тут рассказывать, - отмахнулся Он. – Не повезло нам всем. Мне – что именно я эту дрянь нашёл. Таньке – что она… - Лев Геннадьевич осёкся, как будто едва не сказал что-то ненужное, потом продолжил:

- …Что она моя дочь. Тебе тоже досталось рикошетом и по той же причине. Славка просто идиот, у него идея фикс многолетняя, потому что наблудил… Надурил по молодости. Но и ему не повезло, был бы он старший – он бы, в отличие от меня, применил Предмет как-нибудь более… изобретательно.

Хотя, кто знает… - Он говорил уже словно сам с собой, позабыв о сидящей рядом девушке. Но Аня знала, что это иллюзия: у Него была такая привычка, рассуждать как бы задумчиво, но с расчетом на аудиторию. И она понимала, что сейчас можно задавать вопросы.

- А это вещь… Предмет… Он, вообще, что такое?

- Да кто бы знал, - Лев Геннадьевич подпер ладонью висок и сидел теперь, глядя куда-то в окно, мимо Ани.

– Дед не знал толком, и тётя Юля не знает. И я не узнал поэтому. Какие-то предположения можно делать, но толку мало. Предмет! Вещица. Живёт в нашей семье уже довольно давно. Обычно его после использования просто суют куда-то… Причём, заметь, специально его бережно не хранят, не передают – уже и выкидывали, и теряли, и потом всё равно он каким-то образом всплывает. Дед был уверен, что хорошо его выбросил, надёжно. В болото.