Глубоко, где синий

В легкомысленном голосе её неприятного родственника безошибочно ощущалось враньё, попытка представить дело не таким, каким оно было на самом деле. Дядя не обманул её ожиданий: интонации стали совсем небрежные, даже пренебрежительные.

- Да фотографию одну хочу найти, - сказал он. – Из раньших времён! Ты-то не помнишь уже, а папка твой был спортсмен отличный, красавчик и силач. Да и дядя твой, хехе, - дядя Слава зашмыгал носом, заскрипел противным смешком. – Да и дядя твой, говорю, был эгеге, ого! Мы с Лёвой несколько раз ходили на охоту за Синеборы, за болота, где прямо уже заволжская тайга начинается.

От одного похода фотки должны были остаться, на каменном поле нас Юрка фотографировал. Один тот раз, когда с нами ходил. Юрка-то всегда был тюфяк, не чета нам.

- Так у мамы спроси, ей что, фотки жалко? Тем более, сейчас можно и отсканировать, и на копире переснять, и увеличить…

- Дак спросил! – воскликнул дядя, и Таня шестым чувством поняла – вот тут не врёт. – Спросил, мол, Ната, где старый архив? – А она в отказ.

Мол, нет никакого архива, мол, Лёва всё выкинул, а что осталось, то всё в альбомах – ищи.

- Поискал? – Таня невольно втянулась, ей стало интересно и самой взглянуть на папу времён «огого». Тот папа, которого она помнила, был высоким и всё ещё статным, но на звание отличного спортсмена и красавчика не тянул совершенно.

- А то, - дядя издал какой-то невнятный звук, который принято называть хмыканьем, но тут больше походивший на хрюканье. – Десятка полтора у неё этих альбомов, мать честная, и ни в одном нет наших старых фотографий.

- Может, правда выкинул? – спросила Таня, и тут же сама усомнилась. Папа – и выкинул? Да он даже свои школьные тетради хранил аккуратными стопками на антресолях, а тут фотографии с братом!

- Скажешь ты, - дядя снова хрюкнул. – Я точно знаю, что десять лет назад, когда мы последний раз у вас собирались, все фотки лежали в Лёвином столе. Письма ещё, ну ты знаешь, сколько у него переписки было – в правом большом ящике.

А фотки слева, в ящиках поменьше. Тань, ну ей-богу! Мне только бы эту фотографию найти, и всё. Наталья из вредности упёрлась, не любит она меня, хоть при всех и не демонстрирует. – дядя очень натурально огорчённо вздохнул, а Татьяна подумала «а кто тебя вообще любит», и, вторым слоем, невольно – «а кого она вообще любит».

Эти параллельные злые мысли её саму так уязвили, что она сказала:

- Ну, ладно, мне сейчас некогда уже.