Глубоко, где синий

В этом году из-за плохой погоды они обычно собирались или в «курилке» у дороги, или на веранде в одном из домов и развлекались, как могли, настолками, болтовнёй и курением украдкой. Для Алиски это было отчётливое понижение статуса. Девочки, которых она почти игнорировала, пока Аня не начала её гонять, нисколько не обманывались причинами, по которым в их компании появилась новая участница, и частенько давали Алиске понять, что не так-то её и ждали.

Видимо, поэтому она время от времени приходила под закрытую дверь – ждала шанса, и дождалась.

Обида и жажда мести отвергнутой души творят нехорошие чудеса. Легкомысленная, нетерпеливая, не склонная к дальним планам девочка сумела не только узнать, о чём пишет в своём компьютере обидчица, но и до времени придержать информацию. Пока Лев Геннадьевич был в доме, не имело смысла жаловаться. Этот человек обладал невероятным талантом улаживать что угодно. Любые страшные тайны в его присутствии съеживались и оказывались либо ошибками, либо вымыслом; любые ссоры он прекращал, любые споры – судил спокойно и разумно, любые недоразумения аккуратно и доброжелательно разрешал.

Нет, Алиске не нужен был мелкий кипеш; она собиралась устроить большой, сочный заговор с перспективой унизить Аню как можно сильнее. Макнуть с головой, отдать на растерзание толпе родни, которую некому будет урезонить и остановить. Аня и представить не могла, какой простой, но безотказный план созрел в этой барби-головушке, пока барби-личико улыбалось кукольной улыбкой, сияющей вишнёвым блеском для губ.

Он уехал в понедельник, а во вторник Алиска пришла к дяде Славе и рассказала о содержимом ноутбука Ани.

Кое-что она, впрочем, не рассчитала. Ей-то представлялся скандал, начинающийся с дяди Славы и разрастающийся по мере вовлечения других членов семьи, которые смеются, негодуют, гримасничают от отвращения и презрения, а посреди всего этого стоит несчастная «извращенка» Аня и униженно рыдает.

Вышло не так.

Дядя Слава тоже не стал никуда спешить.

Он, конечно, изобразил возмущение и живо поблагодарил Алиску за сведения. Он, разумеется, заверил, что выведет негодную полуродственницу на чистую воду и раскроет глаза всей родне – с тем, чтобы даже Лев Геннадьевич был вынужден признать, что испорченной девице в семье не место.

- Наконец поймёт, что мы были правы, - негромким, но очень грозным голосом сказал дядя. – Яблоко от яблони недалёко яб… в смысле, падает.