Глубоко, где синий

Буквально через пару дней она оставила включённый ноут, когда шла на обед. Алиска, разумеется, сама не слишком разбиралась в компьютерах: её грамотность начиналась и заканчивалась на умении открыть браузер, загрузить игру или набрать сочинение в офисной программе. Но дядя дал ей достаточно понятные инструкции, что нажимать и где смотреть. После обеда она сунула дяде в руку бумажку с буквами и цифрами, написанными Таниным карандашом для глаз – уж что первое под руку попало, когда Алиска поняла, что по дядиным инструкциям всё получается.

Это уже само по себе было удивительно, потому что Алиска привыкла, как и прочие члены семьи, считать дядю Славу субъектом незлым, но глуповатым и в современных делах несведущим.

Умел он дурачка сыграть, чем и занимался с успехом в этот свой приезд так же, как и все предыдущие. Родственники, приезжавшие и уезжавшие в деревню, привозившие детей, проводившие с ними выходные, привычно возводили глаза к небу и время от времени говорили «ну, дядя Слава!» или «ну, Славка!», обозначая этим, что «дядя Слава как всегда», и при этом ощущая что-то вроде небольшого удовлетворения – дядя Слава как всегда, значит, всё идёт как надо, и всё в порядке в этом мире.

Дядя Слава дождался вечера воскресенья перед свои отъездом, чтобы поймать Аню на крыльце одну и сказать прямо, без намёка на веселье:

- Дело есть, Аня.

Ах, случись это года через два… Сказала бы она ему, куда ему засунуть все свои дела. Свернув трубочкой, да. Но тогда она не могла себе этого позволить.

Она была как никогда одинока и уязвима, и она боялась его тогда – очень сильно боялась. Он смотрел тем самым рентгеновским взглядом, перед которым были бессильны и карго-штаны, и бесформенная футболка, и рубашка в клетку. Взглядом, который беззвучно транслировал: «шалава». Под этим взглядом хотелось скорчиться и загородиться руками. Аня, преодолевая страх и отвращение, спросила:

- Какое дело?

- А ты присядь, - сказал дядя Слава, опускаясь на ступеньку и похлопывая по тёплой доске рядом с собой.

– Присядь, не бойся. Я ничего дурного тебе не сделаю. – И не выдержал, ухмыльнулся-таки, выпустил мерзенькую быструю усмешку. Аня дёрнулась, но послушно опустилась на ступеньку, сжав колени и взяв себя за локти.

- Папа твой ещё не скоро приедет, - начал дядя Слава неспешно. – Дела у него в городе, правильно?

- В командировке… - растерянно ответила Аня, уставившись на носки своих видавших виды кед.

- Вот я и говорю, важные дела, - поддакнул дядя.