Глубоко, где синий

Экзамены были в августе, но я толком сдавала только сочинение. Историю мне зачли из аттестата, и с английским… короче, так получилось, что английский мне на халяву выставили. Неважно! Это к делу не относится! – она нахмурилась. Её страшно раздражала Танина неспособность просто молчать и слушать, её любовь задавать дурацкие вопросы и уводить от темы в какие-то незначительные подробности. «И я сама хороша, могла не объяснять».

- Ладно, ладно, - пробормотала Таня, отводя взгляд. Она уже не в первый раз спросила себя, не слишком ли она легкомысленно поступила, доверив свою безопасность явно не очень нормальному человеку.

В голове неумолимо всплывали все родственные слухи, сплетни и оговорки, связанные с матерью Анны.

«Матери, - подумала Таня вдруг, - Почему это у всех матери нормальные, а у нас в семействе все какие-то…» - она не смогла сходу сформулировать – какие. Они были все разные, эти Обрядинские женщины среднего поколения. Ни одна из них не была похожа на тётечку Юлечку или бабу Катю, и друг на друга они не были похожи, хотя и общались, и дружили вполне (кроме одной, по понятным причинам).

Но их всех объединяла какая-то общая черта, которую трудно было выделить сразу и назвать одним словом.

Все они были какие-то не от мира сего. Всех их словно отгораживало что-то он номральной реальной жизни. У кого-то этот забор был понятным и видимым, как у сильно верующей тёти Светы. У кого-то это был сияющий перламутровый покров эгоизма, как у Таниной мамы.

У кого-то глухой кокон депрессии, как у тётки Лены, которая с годами словно совсем перестала радоваться, а только волоклась по жизни, уставя взгляд себе под ноги.

Ну или вот – как Аннина мать. Была.

- Короче, - Анна достала из пачки ещё одну сигарету и снова опустила стекло. Таня проглотила протест и просто стала слушать.

- …короче, на следующий день опять дождь шёл. Я от нефиг делать залезла на чердак, потому что там когда-то стояла старая мебель ещё от прадеда – стол какой-то старый, горка для посуды.

Думала, вдруг там что-нибудь интересное найду. У меня была идея, что я найду какой-нибудь старинный предмет и придумаю про него историю – как Андерсен.

- Андерсен? – Таня уставилась непонимающе.

- Ну да, Андерсен, Ганс Кристиан, ты что не читала? «Бутылочное горлышко», или про шкатулку с иглами… Чёрт, ты меня опять сбиваешь! – она буквально хлестнула несестру разъярённым взглядом.