Дурак и ведьма

«Уйду, — подумал Васятка, мгновенно ощутив на душе пустоту. — Будь что будет».

Мать завыла сиреной.

— Ты совсем сдурел! Опомнись, несчастный. Остановись! — кричала она, не стесняясь соседей, пока он собирал вещи.

— Мама, все решено, — твердо ответил Васятка. От собственной решимости ему стало так страшно, что вспотели ладони.

— Решил он, — фыркнула мать, — это она все решила, ведьма эта. Куда она ведет, туда ты и идешь, как телок на веревочке. Мнения своего никогда нет, слушаешь вечно всяких. А надо мать слушать, мать плохого не пожелает.

Взвизгнула молния дорожной сумки. От этого звука Валентина Ивановна дернулась, как будто ее больно ударили, и заплакала.

— Снимать он будет комнату в коммуналке, жить с алкашами и наркоманами, как будто бездомный… — запричитала она. — Еще и деньги на съем тратить, не ее, а свои. Приехала из деревни, пропади она пропадом, и все ей тут же на блюдечке принесли. Нашла же дурака… Ох, горе-горе…

Васятка зашнуровал ботинки.

— Мам, зонт передай, пожалуйста.

Мать протянула ему черный отцовский зонт.

— Ты только не потеряй его, — всхлипнула она. — И себя береги. Оставляешь старуху одну, никому ненужную…

Сердце Васятки изнывало от жалости. Он сам готов был заплакать.

— Мам, я тебя очень люблю, и ты мне очень нужна, — сказал он дрогнувшим голосом. — Забегу на днях, обещаю.

Васятка коротко поцеловал маму в лоб и крепко обнял. Она с трудом отцепила руки от его свитера, когда он разжал объятия.

Ася стояла внизу.

— Спасибо, — тихо сказала она.

Васятка молча кивнул. Говорить сейчас он не хотел и не мог.

Он обещал, что никогда не оставит маму, и вот оставил. Новая счастливая жизнь стала серой и тоскливой, как все вокруг. Он слышал, как капает дождь, и представлял, как за спиной – в серой многоэтажке льются мамины слезы.

Ася взяла его под руку. Прижалась к нему. От Асиного тепла на душе у Васятки стало спокойней.

— Ох уж эта погода, — сказала она.

Васятка выглянул из-под зонта.

— Смотри, — Ася забрала у него зонт, сложила и показала им за дома. — Радуга.

— Радуга, — повторил Васятка и, сам того не ожидая, заулыбался.

Все завертелось, закрутилось и успокоилось: стало обыденным, вошло в привычную колею.

Комната была небольшая, но светлая, соседи попались хорошие – обычные люди.

— Берем, — сказала Ася, глядя на высокие белые потолки.