Воздушный Стрелок. Книга II. Учитель

Я пригляделся к стоящему напротив меня невысокому, крепко сбитому, чего не могла скрыть даже ряса, довольно молодому человеку с густой, но короткой бородой и темными, глубоко запавшими глазами на обветренном лице — и... расслабился. Этот не из толстопузых, явно. А учитывая, как он движется... Скорее всего, до службы горнему батюшка успел послужить и земному... И тогда вместо креста на груди он наверняка носил погоны на плечах.

— Взаимно, отец Илларион, — проговорил я, склонив голову. А что делать? Этикет.

..

Отец Илларион... м-да. Если у него и были погоны, то исключительно с васильковыми просветами. Как ни забавно такое совпадение, но здесь, как и Там, некоторые службы предпочитают именно этот цвет… и на непривычно высоких околышах фуражек, больше напоминающих сильно урезанные кивера, и в отделке мундиров. Этот... отче всю душу из меня вытряс за время беседы. А ведь поговорили-то всего четверть часа.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от воцарившегося в ней после беседы с отцом Илларионом шума, я тяжело вздохнул и постарался упорядочить мысли, скачущие, словно испуганные зайцы от волков.

Итак... Первое. Встреча со слушателем, тем, что представился старшиной четвертого курса. Не знаю, была это проверка или совпадение, но ввиду моей паранойи буду предполагать проверку на реакцию, в рамках все того же тестирования перед приемом в клуб эфирников.

И здесь все очень неплохо. Из образа быстрого на язык и удар юнца я вроде бы не выпал. По крайней мере, ничего эдакого в эмоциях Прутнева, когда он «наказывал невиновных и награждал непричастных», не ворохнулось.

Ну, а если я ошибаюсь и все это было лишь случайностью, то... господин старшина получил неплохой урок на будущее. А вот не надо лезть не в свои дела, не имея соответствующих полномочий.

Часть вторая. Беседа с... Ну да, этого Иллариона попом назвать — все равно что эсминец окрестить рыболовецким траулером. Тертый дядька, терпеливый... и дотошный, как наш бывший особист, еще Той, советской школы.

Вот уж кто совершенно точно от «клуба» работал. Да он, собственно, этого и не скрывал. Ну, почти. Прямым текстом о своей причастности к этой теплой компании отец Илларион не говорил, но намеки, недоговоренности и многозначительные переглядывания с Прутневым... Точно, коллега будущий.

Вспомнив беседу с этим мозговыворачивателем, я вздрогнул. Черт, да он же из меня чуть всю историю короткой жизни Кирилла не вытянул! Исподволь, потихоньку-полегоньку...