Чистые души. Книга 1.

— Что так? Я думал, вы боитесь только тьмы?

— Мне что ваши, что ихние. Главное, чтоб от меня подальше. Хватит с меня. Хватит. Все уходите.

Семен некоторое время молча смотрел на нее. От женщины исходил ужас, но не только он. Вместе со смертельным страхом ее душу рвала на части тоска и мрачная решимость.

— Что же ты сотворила, человече? — спросил Семен, сразу всё поняв.

— А не твое дело! Не твое! Я ваши правила знаю — вам нельзя ни во что вмешиваться, хоть она начнет тут по пол дома грызть за ночь! Нельзя тебе, заказчика у тебя нету! Вот и иди откуда пришел!

Семен покачал головой, морщась от смрада, исходящего из квартиры:

— Ты понимаешь, то, что ты воскресила, уже не твоя дочь?

Она отступила назад и на миг он увидел в глазах женщины и страх и понимание, но оно тут же сменилось дурной решимостью.

— Дай ей покоя, — успел он вымолвить прежде, чем она крикнула злобно:

— Убирайся! Убирайся! — и захлопнула дверь.

Семен слышал, как она снова прижалась ухом и затаив дыхание ждет. Сделав шаг сквозь тени, он вошел и оказался в квартире, за её спиной.

Женщина все так же притаившись ждала/Cемен огляделся. Левая дверь за её спиной вела в кухню, правая в комнату, а за средней дверью разливалась могильная тьма.

Оттуда пахло смертью. Он сделал еще шаг и тень внутри комнаты метнулась куда-то вглубь, почуяв его. Дверной проем был оплетен будто паутиной, белыми, шелковыми нитями — ловушка для потусторонних сил. Коридор и все вокруг было расчерчено обережными знаками, только тут они были нанесены киноварью, воском и желтым мелом.

Теперь он все понял. Знаки были для того, чтоб не выпустить из гостиной то, что подняли с помощью черного колдовства и чему здесь было не место.

Он вышел на лестничную клетку снова. Устало сказал:

— Людмила. Я страж устава, а устав прямо запрещает пересечение границ. Так что мой прямой долг вернуть подобие вашей дочери назад, в мир мертвых, а ведьму разыскать и наказать по заслугам. Для этого мне не нужен заказчик. Я прошу вас, ради вас же самой, раскайтесь и назовите мне имя ведьмы.

Это зачтется вам.

— Нет! Нет, она же обещала! — теперь он слышал отчаяние, оно накрывало женщину с головой, будто волны, и она задыхаясь кричала:

— Нет, она обещала, что вам нет дела, если нет заказчика! Она сказала, если её не выпускать, не будет ущерба и никто не пострадает! Никто не пострадал! Она не выходила!

— Людмила, ведьма вам соврала. К тому же вряд ли вы хотели получить то, что у вас в гостиной. Это же не ваша дочь. Вы уже сами видите.