Чистые души. Книга 1.

Мелкие снежинки, успевшие упасть ей на воротник, на шарф и на волосы, искрились крошечными звездочками, когда она села в машину и улыбнулась ему.

— Поедем?

— Карина!

Она повернулась:

— Да? Что случилось? Ты какой-то... странный. Все хорошо?

— Все хорошо. Просто посмотри мне в глаза.

Она грустно усмехнулась:

— Ну точно случилось что-то!

Он взял её за подбородок и повернул так, что их глаза оказались друг против друга. В её зеленовато-карих плавали крохотные точки. Он будто провалился в них, утонул весь с головой.

Карина протянула руку и погладила его по голове:

— Все будет хорошо. Слышишь? Все будет хорошо, Семен.

Он вынырнул на поверхность, кивнул, взялся за руль:

— Куда едем? В ГУМ?

— Там же все дорого, — удивленно округлила глаза она.

— Главное, чтобы были красивые вещи. Все остальное вовсе не проблема.

Она счастливо улыбнулась:

— Тогда в ГУМ. Но ты оставишь там очень внушительную сумму, обещаю!

Гладкие стены и полы, лампы, сияющие мягким светом, вечнозеленые растения в кадках, и кругом люди, много людей, музыка, предвкушение, радость.

Семен ощутил это разом, как только за ними закрылись стеклянные двери, отрезая от заснеженной улицы. Здесь, в торговом центре будто была своя, особая реальность. Без забот и грусти, без тоски. Все потом, сейчас только удовольствие от новых вещей и никаких мыслей.

Карина повела его на второй этаж и там принялась порхать от магазина к магазину. Ему было весело смотреть как она меряет первое платье и второе и даже третье. Но потом она перепорхнула в следующий магазин и тут тоже принялась за примерку.

Продавщица как заведенная носила к ней в кабинку вещи.

Может быть она ищет что-то дешевле? Она же беспокоилась о деньгах. Или ищет редкое сочетание цвета? Он не мог понять почему она меряет так много вещей, довольно похожих друг на друга. Платье и есть платье, какая разница, какого оно цвета и покроя? Если обладаешь хорошей фигурой, как у Карины, любое будет украшать.

Сто лет назад женщины скрывали недостатки корсетами и пышными юбками, теперь одежда стала откровенней и кажется, пропал смысл выбирать, бери любое!

Он вышел из магазинчика и встал у перил размышляя об этом.

Внизу бурлил каток, вокруг елки, установленной прямо на льду кружили пары.

— Твоя платье ищет? Моя хочет брюки и кофточку и чтоб празднично было. Вот и ищем, бродим.

Он обернулся. Рядом стоял парень лет тридцати, рослый, уверенный в себе, немного усталый.

— Моя тоже там окопалась, — он кивнул головой назад, в сторону магазина.