Чистые души. Книга 1.

Я только что вернулся. Был на севере. Прежнего Прохора больше нет.

— Мы знаем это. Он стал нестабилен. Его сущность вошла в дисбаланс и состояние ухудшалось. Вскоре кого-то отправили бы остановить его, пока он не причинил вред миру.

— Перед концом мы говорили с ним. Он рассказал о своем прошлом. Когда-то давно он был стражником в ныне заброшенном городе. Там он встретил человеческую душу. Чистую душу. И убил её.

— Все стражи знают эту историю. В свое время я был среди тех, кто отправился арестовать его за содеянное.

Прохор не сопротивлялся. Позволил забрать себя и увести в место уединения. Позволил судить и осудить себя, не возражал и не сопротивлялся. Это сочли благоприятным знаком, казалось, он очистился от чувств и раскаялся. Но это было не так.

— Ты понимаешь его поступок?

— Нет. Мне не понять ради чего он вмешался в дела мира.

— Он сказал, что не мог видеть, как люди мучают чистую душу, рвут её на части. Как она страдала от грехов и злобы этого мира. Он хотел ей добра. Хотел, чтобы душа поскорее вернулась к Богу.

— Это противоречит нашим постулатам. Никто из нас не вправе решать судьбы людей. Мы лишь стражи баланса. Он преступил главный запрет, на котором базируется устав и извратил суть устава.

— Я подозреваю, девушка, с которой я теперь, тоже чистая душа.

Прохор смотрел на него так, будто ожидал продолжения и Семену пришлось добавить:

— Что же мне делать?

— Тебе пришло время впасть в оцепенение, пока выдалась передышка, — нахмурясь произнёс Прохор. — Но ты, кажется, считаешь, что чистота твоей подруги как-то касается тебя?

Семен кивнул:

— Мне кажется, я должен защитить её.

Прохор тут же поднял руку:

— Это не так. Ты хранитель баланса, ты зеркало душ, но ты не больше этого. Не повторяй ошибок прежнего Прохора.

— Вокруг неё умирают люди и мы не можем ничего сделать, — будто не слыша, проговорил Семён, — Колдун до сих пор убивает людей. Что, если он подбирается к ней? Ты скажешь, это не мое дело?

— Именно так.

— И мне не нужно думать о колдуне?

— Я уже говорил и это.

— Что, если колдун убьет её? — спросил Семен и боль слабо екнула у него внутри. Слабо, едва слышно, он она была. Настоящая, человеческая боль.

— Если девушка умрёт тем, или иным способом, значит её срок пришел.

— И мне смириться с этим?

Прохор посмотрел на него, будто видел впервые:

— Не верю, что ты задаешь такие вопросы. Разве ответ не очевиден?

— Что-то изменило меня. Я не могу её отпустить! — почти взмолился Семен.

— Ты очень молод, — проговорил Прохор.