Чистые души. Книга 1.

Потом Андрей удивленно поднял брови и подошел. Разговор вышел очень странный. Впрочем, последние недели все были странными.

По словам Андрея, О.С. пил как не в себя еще с последних классов, особо не работал, в последнее время и вовсе озверел — поднимал руку на жену. В конце разговора друг сказал:

— Я тебя в последний раз около магазина видел. Ты просил у меня денег на водку. Я тебе не дал и ты орал матом и угрожал. Помнишь?

О.С. ничего такого не помнил. Он пожаловался:

— Моя жизнь будто кошмар какой-то. Сам посмотри, разве я алкаш? Посмотри на мое лицо хоть!

— И правда, — сказал Андрей.

— Если б я тебя не знал, сказал бы, что ты в жизни не пил. На лице нет следов, а ведь месяц назад были! Будто ты не ты вовсе...

— И вы знаете, он мне дал ваш номер. Сказал, вы колдун. Я в такое не верю, но что мне ещё делать?!

Семён поморщился. Слово «колдун» было настолько неточным, что вовсе не отражало его сути. Колдун это человек, во-первых! Называть Семёна колдуном можно только теоретически, в том смысле, что он умеет изменять пространство и даже ходить сквозь него.

Но всё же, это как назвать волка кошкой. Вроде бы оба звери, но разница огромная! Он привычно пропустил это мимо ушей. Не объяснять же два часа эту разницу заказчику, ему это знание не нужно.

Когда О.С ушел, всё ещё хмурый, встревоженный, не верящий в разрешение своего дела, но с малой толикой надежды, Семен позвонил новому Прохору и произнес:

— У нас тут кажется нарушение границы. Проверим? Я скину адрес.

Новый Прохор приехал быстро, вышел из машины, протянул руку:

— Привет, рад знакомству.

Я новый Прохор. Прибыл в город вчера, на замену Прохору.

— Я Семен. Очень рад встрече, Прохор. Я знал прежнего Прохора, мы с ним общались иногда.

— Ну, идем, посмотрим? Я не заметил никаких нарушений.

— Идем. Нарушения были месяц, или больше назад. Когда тут еще был старый Прохор. Я думаю, он тоже не заметил всплеска у границ, иначе я знал бы от него. Но он не говорил.

Дом О.С. застрял между огромных старых яблонь. Их ветки затеняли крышу, мох покрывал серый шифер.

Участок, давно зарос, из под снега, тут и там, торчали серые стебли репьев. В дальнем углу стоял покосившейся дровяник.

Однако дом нес следы недавних улучшений: крышу подлатали с одной стороны толем, поправили забор, у въезда дорожку засыпали гравием. Наверняка это О.С. постарался. Такие как он не могут не улучшать свою жизнь!

Прохор огляделся и задрав голову вверх, повел носом по-собачьи.

— Переход был не один месяц назад.