Чистые души. Книга 1.

— Живое солнце?

— Да. Выпей и спи.

— А ты?

— Что — я?

— Ляг рядом, — вдруг попросила она.

— Если хочешь, — он лег позади, осторожно прижал к себе, накрыл её простыней и погасил свет. Марфа глубоко вздохнула.

— Больно?

— Уже нет. Хочу спросить... Семен... ты хочешь меня? Сейчас?

Он помолчал немного. Потом сказал:

— Я бы не отказался. Но если я буду с тобой, как думаешь, другая девушка, с которой я сейчас, расстроится из-за этого?

Она попыталась отодвинуться:

— Ты такой... такой...

— Какой?

— Моральный урод.

Несколько секунд они пролежали в темноте. Марфа вдруг сказала:

— Ты ведь знаешь, у меня было много мужчин. А по кому я тоскую до сих пор ты хочешь знать?

— По Гришаточке? — предположил он.

— По тебе. После тебя такого уже не было. Знаешь... ты будто всегда знал, чего я хочу и давал мне сполна. В постели, в жизни. Тебе самому ничего не было нужно, ты только отдавал, отдавал, отдавал...

— Я брал твои чувства. Грелся от твоего сердца — ведь своего у меня нет.

— Мне было страшно, что я для тебя одна из сотен. И тебе нет разницы кто с тобой.

— Марфа! Не надо. Ты заплачешь сейчас.

— Почему ты такой ужасно бесчувственный и такой нежный одновременно?! — она и правда заплакала. — Почему нельзя быть с тобой, почему ты не можешь полюбить хоть капельку!

— Марфа, что ты, говоришь! Если б я мог любить, у меня было бы сердце и я ничем не отличался бы от всех остальных! Давай-ка спи.

Он прижал к груди ее затылок и погладил по голове.

— Все эти мысли из-за ритуала. И проклятье не дает покоя.

Она шмыгнула носом:

— Да нет, с тобой рядом оно молчит.

— Тогда спи.

Она ничего не ответила и некоторое время он думал, что сейчас Марфа уснет, но она заплакала снова и прошептала:

— Если тебе дорога та девушка, оставь ее. После тебя она уже не сможет быть счастливой. Никогда.

— Мне никто не дорог. Спи, — проговорил он.

Наутро Ра отвезла Марфу к Инфариту, а затем, измученную, но исцеленную — домой.

— Господин, Инфарит сказал, что надеется на снисхождение в будущем.

— Что так?

— Проклятье едва не убило его, он лишился всех сил и даже его дар истончился. Вы бы видели их, господин... будто мертвецы.

— Кто?

— Инфарит и Марфа, оба. Вышли, держась за стены... Инфарит дал мне амулет.