Записки Сновидящего

Особенно когда врёшь самому себе. Работает как в сновидении, так и в реале. Интересно, удастся ли снова попасть в эту башню?

Пограничный пункт

Этот сон я видела много лет назад. И теперь, когда прошло время, чувствую, что эту историю можно рассказать. Это пока единственный рассказ из сборника, записанный без сюжетных изменений и художественной обработки. 

**

Я сидела на летней веранде бабушкиного дома.  Мягкий солнечный свет проникал через высокие окна и освещал разноцветные банки со специями, пуская солнечные зайчики.

– Совсем большая стала. На маму похожа.

Стол был совсем пустым. Непривычно. При жизни стариков там всегда что-то стояло. Банки с вареньем, сахарница, всякие вазочки с конфетами, корзинки с пирожками, которыми они баловали великовозрастных нас с сестрой, пока не… умерли?  Вот тут я и осозналась.

Хотя опасности не чувствовалось, сам факт насторожил меня. Непонятно, чего ждать от локации с мёртвыми.

– Простите, ба, дед, но мне пора! – я встала из-за стола, опасаясь засидеться и потерять осознанность. 

– Побудь ещё со стариками-то, – начала уговаривать меня бабушка. 

– Нет, правда не могу, – отказывать было неудобно, но я сделала шаг назад. Посмотрела на руки. Осознанность угасала. Надо срочно уходить. Непонятно, что будет, если остаться сидеть с ними вот так.

– Ладно-ладно, – кивнула бабушка. – Я только Женьку позову. Попрощаться. Подожди тут.

И она вышла с веранды.

Женька – это мой дядя, младший сын бабушки. Умер на годовщину её смерти. Сердце не выдержало.

Я посмотрела на оставшегося сидеть деда. Мой внутренний счётчик говорил о том, что долго не продержусь. Локация гасила осознанность со страшной силой. Баночки со специями, кружевные занавески, узоры на скатерти притягивали внимание, мелькали цветным калейдоскопом, утаскивали в сюжет.

Нехорошо, конечно, получается. Обещала дождаться. Но что будет, когда бабушка с дядей вернется? Вдруг я застряну здесь навсегда.

Перед дедом уходить было почему-то не так стыдно. Хорошо, бабушка не видит. Я попятилась к двери:

– Ты прости, дед. Не могу я здесь больше оставаться.

Он грустно кивнул, и я вышла на улицу.

Дом стариков выглядел так же, как и в реале. А вот перед ним протянулась широкая дорога.  Вся она была заполнена потоком людей. Они толпились, толкались и шли вверх или вниз по улице.