Стеклянный город

— Я думала — запись…

— Что ты, что ты! В Марблите есть только живая музыка. Здесь нет никаких проигрывателей, плееров… Ничего нет. Только собственные руки и чутье, — вмешался Таласс.

— А почему тогда так хорошо слышно? Такие тонкие стены?

— Вовсе нет. Просто господин Дроссельфлауэр любит играть по вечерам, стоя на балконе. А горожане обожают его слушать. Приходят на площадь, словно бы невзначай, и наслаждаются концертом.

— Я смотрю, ваш господин мэр — рассадник талантов, — хмыкнул Хью.

Гвендолин вновь рассмеялась:

— Не без этого! Все, я оставляю вас — у меня еще гости внутри.

Бритт проводила ее взглядом. Дверь кафе была тяжелая, деревянная, обвитая кованым плющом.

Очень по-реконструкторски.

— А как называется это кафе? — спросила она.

— «Розарий», — коротко ответил Таласс. — Пейте чай — он в самом деле того стоит.

Чай был восхитительный, но Бритт отметила, что к своей чашке Таласс и не думал притрагиваться. И вообще вел себя так, словно у него аллергия на слово «роза».

Хью и Меган тем временем налегали на печенье, и Бритт поспешила присоединиться к ним.

Пили чай в тишине — изредка обмениваясь ничего не значащими фразами. Бритт из-под челки рассматривала своих новых друзей поневоле и думала, в каком жанре написала бы каждого из них.

Хью — прямой кандидат на прерафаэлитов. Такие тонкие черты лица и вьющиеся волосы надо выписывать именно в их акварельно-ренессансной стилистике. Меган подошел бы грубый графический портрет-шарж, чем-нибудь резким, например, углем или тушью.

А Таласс… Ему тоже подошло бы масло. Густые яркие цвета, вроде тех, что выбирали импрессионисты. Только масло передаст яркий голубой оттенок радужки глаз.

Бритт вздохнула. Жалко, конечно, что с собой у нее ни холста, ни этюдника, ни красок. Придется обходиться маркерами и карандашами — но, вернувшись домой, она восполнит этот пробел.

— Мне кажется, вам надо познакомиться с господином мэром! — вырвал ее из задумчивости голос Таласса.

— Я с ним уже знакома, — сказала Бритт.

— Что ж, это можно устроить. Я поговорю с Долл. Навещу ее вместе с вами, пожалуй. Заодно убежусь, что вы не заблудились по дороге.

В дверях вновь показалась Гвендолин.

— Уже уходите?

— К сожалению! — неспешно поднялся со стула Таласс. — Завел гостей сюда — не удержался. А вообще, нас давно уже ждет Долл. Не простит ведь, если наедимся твоих печений и откажемся от ужина.