Подъедалка и семейное счастье

Вскоре вернулись Виринея и Тихон. Лицо колдуньи было испачкано сажей, платье разорвано в нескольких местах. Впрочем, её наряду это не очень-то повредило.

Устало и спокойно кикимора попросила:

— Спиридонушка, чайку бы мне. И багульничка в него поболе. Мне сейчас именно он, одурь болотная, и нужен. Иначе не избыть весь этот ужас!

Тут Тихон отчего-то прижал уши и несколько раз ударил хвостом. А Спиридону показалось, что хвост у кота не такой пушистый, как был, словно обгорелый с одного бока.

За чаем Спиридон осторожно спросил, косясь на всё еще открытую дверцу под раковиной:

— А щель-то когда запечатывать будем? Ну, смолой-от?

Виринея посмотрела на него долгим взглядом. Домовой заерзал на своей маленькой табуретке, почему-то чувствуя себя виноватым. Словно малыш, нашкодивший по незнанию.

- Там внизу я навела порядок. Не все, конечно, управила, но пока будет тихо. Какое-то время. А щельку эту оставим открытую.

— Э-э-э… как? Почему?

У Тихона от удивления округлились глаза, а обгорелый хвост вздыбился и стал походить на щётку-ёршик.

Кот распушил усы и тихо заворчал.

— А потому, племянничек мой драгоценный, что отныне тебе не только домовым, но и хранителем быть придется. Будешь следить, чтоб снова не забродила нечисть там внизу. И, ежели только из энтой щельки завоняет вдругорядь, сразу будешь тревогу бить. Мне, али, могёт, другим, кому случится поблизости проживать. Вот такие дела.

— А если хозяин ремонт затеет, да сам замажет здесь цементом?

Кикимора устало усмехнулась:

— Эту щель никаким цементом не замазать. Даже ежли новую стену сложить, в ней та же щелька снова образуется. Вот, токо, когда весь дом снесут… — она снова задумалась, — да-а, тагды беда может случиться. Особливо коли старые камни потревожат. Дом-то на нехорошем месте построен. Ну да будем поглядывать. Упредим кого надо, ежли чего…

Вот еще важное.

Соседка, ну та самая, приболеет теперь. Смотри, Спиридон, чтоб ваши к ней ни ногой! Хорошо бы даже без врача обойтись. Коли сама премогнется, всё будет хорошо, ну, а нет, значит судьбу такую она выбрала.

- Удержишь Оксану, как же, - буркнул Тихон.

- А ты ей ноченькой-то намурчи, что зараза тама, что Степушка заболеть может. И, чтоб ни сама, ни Павел. А подъедалку теперь просто выкинуть из дома вместе с плошкой, где он притаится.