Мы – Tanzwut. Львиное сердце

Ну что это он, в самом деле? Разве так он должен поступать? Как можно издеваться над кем-то, кто слабее тебя, просто потому что можешь? Как он, Штефан, мог позабыть, каково это — когда ты мал по сравнению с другими демонами, которые могут одной лапой тебя раздавить? Волна стыда накрыла его с головой. Он почти поддался тому, что презирал сам. Однако, к счастью, остановился очень вовремя.

К тому же, если бы у паучка была возможность, он бы обязательно сбежал отсюда. Может быть, он такой же пленник собственного жилья, как и Штефан? Или даже почувствовал и услышал страдания демона, решил ему помочь.

Хотя бы скрасить время одиночества. Хотя бы одна живая душа, которая останется с ним.

– Мне очень жаль, я правда не хотел бы причинить тебе вреда, – с неловкостью начал Штефан, потупив взгляд в пол. – Было бы здорово, если ты захочешь составить мне компанию.

Паучок, как и следовало ожидать, ничего не ответил. Скорее всего, даже не понял, чего демон от него хочет. Но все-таки Штефан был рад, что тот не убегает.

Неплохое соседство, когда рядом нет вообще никого. «Буду называть тебя Фад, – решил про себя демон. – А то, кто знает, сколько нам придется жить вместе».

Глава 11

В ту ночь Штефан спал на удивление спокойно и крепко. После событий дня он устал настолько, что хватило сил только на то, чтобы спрятаться в глубине куста и забыться тяжелым сном без каких-либо грез. За ночь он даже не пошевелился. Замершее тело так онемело, что Близнец даже сначала испугался, что уже никогда не сможет вернуть себе привычную подвижность.

Синяки, ссадины и голая кожа вместо выдранных клочьев шерсти все еще болели. Адреналин растворился в крови, больше не помогал телу стойко переносить травмы, уступил место страданиям. Первые пару часов Штефан готов был выть во все горло, так невыносимо. Но потом привык.

Его разве что беспокоило правое крыло. Оно потеряло подвижность, не могло свернуться и прижаться к боку. Безвольным полотном оно повисло вниз и волочилось по пыльной земле, так что демону приходилось шевелиться очень осторожно, чтобы не наступить на него.

При малейшей попытке двинуть конечностью она будто взрывалась опаляющей болью, что разносилась по всему телу. Близнец не мог знать наверняка, но предполагал, что скорее всего крыло сломано. Доигрался. Теперь сам точно не справится. Но даже так не дастся людям, будет прятаться до последнего.

– А знаешь, Фад, думаю, еще не все потеряно, – лениво проговорил Штефан, лёжа на спине возле дерева.