Рассказы и повести

Никто не знает откуда он пришел, но наверное он один из тех бедолаг кто дома из-за войны лишились и бродили неприкаянные по стране. А этот ещё и с волосатыми ушами и пятками. Бланк с амнистией с собой носит, не забывает, а общаться ни с кем не желает. Заселился в домике: днём уходит, вечером, когда дети исчезают, возвращается.

Больные жаловаться начали, что воняет псиной во дворе, соседи подключились, плачутся, что курица пропадает и коровы не дают молока. Голубей с оторванными головами дети находят посреди дороги.

Весь набор суеверий о волосатых. Контрольным выстрелом в голову стал «обосравший рыжик в деревянном самолётике».

Пришли как-то детки поиграть в больничку из соседних дворов, а рыжий в самолёт красный залез и наткнулся там на спящего бомжа.Не знаю почему бездомный не ушёл на этот раз, может проспал из-за усталости, но рыжик испугался, заорал, и на землю прямо жопкой рухнул: копчик сломал, руку вывихнул, кровь из носа хлещет. Нищеброд проснулся, перепугался, от страха завыл на солнце, схватил мальца и в приёмный покой его потащил, а малышня брызнула по домам родителям рассказывать.

Так они оставляя за собой кровавый след на асфальте в больницу и прибежали, а там бездомного санитары и скрутили.— Однако, — сказал я, вытаскивая собеседника на воздух, — а за что?— За руки, — непонимающе моргнул он, — нехорошо это, парень ни в чём не виноват, а его на костёр. Поговоришь с земляками?

***Машка осторожно выглядывала в окошко, волнуется. Нужно потерпеть.

Ждала два года — ещё немного подождёшь.Я, конечно, постараюсь вступиться за бедолагу, но до полуночи восемнадцать минут осталось. Эх, а ведь просто хотелось пожарить мяса.

Обет палача

— Тато, тато! Они ещё не ушли?

— Спи, Кароль, не бойся.

Он подоткнул одеяльце, вытер привычным движением пересохший рот и подошел к окну. Они были там. Они не уходили, хоть и время близилось к ночи. Еще один оборот часовой стрелки и люди за забором превратятся в силуэты.

— Тато, тато!

Кароль звал его, но Адам не слышал.

Он просто стоял у окна и смотрел, а пришельцы смотрели на него.

— Тато, мне страшно. Пусть они уйдут.

Адам услышал дрожь в голосе сына и очнулся. Очнулся, сбросил с себя пелену страха и через мгновение гладил Кароля по голове.

— Не нужно бояться, сын. Это просто люди.

Из -за стола выглянула дочурка. Она показала ему «Я боюсь» и Адам улыбнулся ободряюще. «Всё будет хорошо», — шепнул одними губами и вышел во двор.