Кукушкины дети

А потом быстро нарисовал кукле глаза, нос и огромную — от уха до уха — улыбку. На нитках получилось плохо, лицо перекосилось, и Белка вздрогнула — страшилище!

— Вот, Людка! Это тебе! — Илья рассмеялся и кинул поделку Лизоблюдке.

Кукла ударила её по лбу и упала на стол.

Наступила тишина. Слышен был лишь треск люминесцентной лампы под потолком и гневный возглас учительницы:

— Ремизов! Что ты себе позволяешь! — показался вскриком раненой птицы.

Люда спокойно подняла куклу через первый попавшийся лоскуток, осмотрела и… швырнула обратно:

— Тебе того же, и по тому же месту!

Белка ахнула.

Она поняла, что именно сейчас сделала Людка. И сделала так спокойно, как будто ей каждый день приходилось отправлять в обратку проклятия и сглазы.

А, может, так и было? Ей же постоянно желали чего-нибудь… нехорошего.

— Соломатина! Ты тоже с родителями, — Ирина Стефановна едва сдерживалась, чтобы не перейти на крик, — Без них можете оба на уроки не приходить, не пущу!

— Он первый начал, — глаза Людки тут же покраснели.

Даже губы задрожали в попытках сдержать слезы. Но взгляд при этом оставался совершенно спокойным.

— Все равно! Ты же девочка! Почти отличница! Должна уметь себя сдерживать.— Значит, меня теперь можно гнобить, а я и ответить не смей? — всхлипнула Лизоблюдка.

— Да что же за день сегодня такой? — пробормотала Ирина Стефановна. — Хорошо, я тебя услышала.

Губы Людки снова дрогнули.

Как будто от обиды, но Белка, которая теперь внимательно наблюдала, видела, что Лизоблюдка с трудом сдерживает торжествующую улыбку. Вот так. Не любимая одноклассниками, она, оказывается, мастерски манипулировала взрослыми. Вон, Ирина Стефановна даже не заметила, как стала плясать под её дудку.

— Ремизов, а твое наказание остается в силе. Завтра придешь с родителями!

— А че я такого сделал-то? — возмутился осознавший всю глубину проблемы Илья. — Ну, кинул куклу.

Так она же легкая, даже синяка не останется!

— Ремизов! — голос учительницы стал ледяным.

Илья фыркнул и, пробормотав что-то о несправедливости и любимчиках, вылетел из помещения. Но то ли споткнулся, то ли поскользнулся и упал. Попытался вскочить, одновременно оглядываясь на захихикавших одноклассников, но вскрикнул и снова оказался на полу.

И всем было хорошо видно, как распухает покрасневшая лодыжка.

Поднялась суета.