Кукушкины дети

Кто-то кричал, что надо позвонить в «Скорую», кто-то доставал смартфон — то ли для того, чтобы вызвать врачей, то ли для съемок — как пропустить такое происшествие?Потом учительница спохватилась:

— Надо приложить холод!

Из буфета принесли запотевшую бутылку минералки. Ирина Стефановна уже забыла про свое недовольство и суетилась вокруг Ильи. Людка стояла чуть в стороне, так, чтобы не мешаться под ногами у тех, кто помогал, и даже не пыталась скрыть усмешку. А когда поймала взгляд Белки, ухмыльнулась еще шире.

Показалось, между бледных губ мелькнул тонкий раздвоенный язык.

От неожиданности Белка вздрогнула. В голове промелькнуло, что разговоры о подменыше могут быть не пустой болтовней. Не будет же мама ни за что обзывать собственного ребенка?

Приехавшая «Скорая» заставила забыть о глупостях. Илье наложили обтянутую оранжевой клеенкой шину и погрузили его в машину. Ирина Стефановна села было к нему, но тут же выскочила:

— Ребята, я должна поехать с Ильей. Вы уже взрослые, надеюсь, доберетесь до дома без приключений?

И, не слушая заверений, суетливо залезла обратно.

«Скорая» уехала, так и не включив сирену и проблесковые маячки, чем разочаровала невольных зрителей. Когда все закончилось, ребята пошли одеваться. Никто и не подумал остаться на ненужную экскурсию. Разве что Лизоблюдка.

Часть дороги Белка прошла с одноклассниками. Разговоры были только об Илье.

— Думайте, что хотите, но это из-за Лизоблюдки! Вы же все видели, что она сделала? Да еще с такой злостью!

— Да ладно тебе.

Там мокро было, уборщица только что пол помыла. Вот и поскользнулся.

— Не, ребят, таких совпадений не бывает.

Белка почти не слушала, погрузившись в свои мысли, и вздрогнула, когда к ней обратились:

— Ты должна знать! Как думаешь, Илюха сам упал, или Лизоблюдка помогла? Ведь точно она! У меня от одного её взгляда спина заледенела!

— Я вам что, ясновидящая? — удивилась Белка. — Кому интересно, сами у неё и спросите!

— Ты же тоже на этот кружок раньше ходила. Расскажи!

Обсуждать колдовство и прочие неприятные вещи не хотелось.

Отделавшись от компании, Белка свернула на боковую улочку, срезая дорогу через квартал, и ускорила шаг: пусть до дома было недалеко, но она уже успела замерзнуть. Сама виновата: нечего было выпендриваться и натягивать вместо пуховика осеннюю куртку.

Но дома согреться не получилось: в квартире оказалось так же холодно, как на улице.

Белка сразу пошла к себе в комнату, однако фрамуга была закрыта.