Кукушкины дети

— Может, сметана была несвежая? Так мы все ели… Вызвать скорую?

— Да-да, вызывайте! — Белка провела рукой по лбу, вытирая испарину.

Сейчас она была готова вынести что угодно: уколы, поездку в больницу, даже промывание желудка. Лишь бы родители остались дома, а не выезжали на эту проклятую трассу. И запах тины был ни при чем: наверняка причиной аварии, в которой пострадали тетя и дядя, был гололед. Белке совсем не хотелось, чтобы родители повторили их судьбу.

— Подожди, — мама остановила уже набиравшего номер неотложки папу.

— Ольга, тебе на самом деле плохо?

— Да, — обманув раз, она уже не могла пойти на попятный.

— А мне так не кажется. Посмотри-ка мне в глаза…

Это был нечестный прием, которым мама пользовалась без зазрения совести. Солгавшая Белка ни разу не смогла выдержать её прямой взгляд. Вот и теперь отвернулась.

— Оля, — мама даже не постаралась смягчить тон, — ты понимаешь, что нам сейчас не до твоих шуток? Аня в реанимации, Костя тоже неизвестно, выживет ли. Бабушка разрывается между ними и Светой.

Оля, я очень тебя прошу, прекрати капризничать. Ты ведь уже совсем взрослая… Или… — она замерла, с опаской вглядываясь лицо Белки, — может быть, это опять твои «предчувствия»?

Папа за её спиной вскинул голову. Видно было, что он прислушивается к ответу.

Остановить их оказалось так легко! Нужно только сказать о том, что квартира и даже лестничная клетка провоняли тиной!

Но тогда начнется ад.

В глазах мамы поселится страх, а папа будет молча переживать за дочку.Зато они все будут живы.

Или сойдут с ума от тревоги. И виновата будет Белка. Нарисованная в мыслях картина пугала не меньше, чем вид разбитой машины.

— Хорошо. Езжайте. Только папа, очень тебя прошу — не гони! — горло перехватило, и она закашлялась.

— Договорились, — голос мамы потеплел, и она порывисто обняла дочь. — Мы будем осторожны. Ведь так? — она повернулась к папе. Тот кивнул:

— Конечно. Я буду очень аккуратен. Ну так что, мы уже можем ехать?

Стоять, уткнувшись лицом в мамино плечо было очень уютно, но объятия разомкнулись, и холод от коридорного сквозняка пробрался под халат и кигуруми.

Белка поежилась:

— Скатертью дорожка, — пробормотала пожелания хорошего пути и, резко повернувшись, побрела в свою комнату.

Сидеть в пустой квартире было неуютно. Белка попробовала посмотреть кино, но не нашла ничего интересного и решила почитать. И через полчаса поняла, что поговорка про книгу и фигу как раз про неё.

С этим надо было что-то делать.