Город и море

А мы так давно никуда не ездили на поезде… в последний раз в начале девяностых…

В это время папа молча достает из сумки и выкладывает на стол… вареные яички. Штук пять. И помидорчики. И лучок… и водочку, политровочку...

Я прикидываю: ехать часа четыре осталось. С другой стороны, ностальгия же у ребят… можно понять!

Бабушки машут, мама и папа машут в ответ. Петя философски не машет.

Поезд трогается. Мама с восторгом:

– Петь, смотри, смотри, фонари поехали! Чучух, чучух!

Петя угрюмо смотрит. В это время папа достает из той же сумки ее.

В фольге. Поджаристую. Жирненькую. Запахшую началом девяностых на весь вагон. Королеву всех ностальгирующих путешественников, копчёную курочку…

Мама достает из своей сумки пластиковые стаканчики и призывно смотрит на меня. А я что? Я на конвент еду!.. Слезаю, присоединяюсь.

Говорим о чем-то необязательном, стараемся не шуметь…

Поезд разгоняется, папа потихоньку тоже. Мама периодически вспоминает о Пете и тогда что-нибудь интересное показывает ему в окне, обязательно добавляя:

– Смотри, Петь, как здорово, а?! Чучух, чучух…

За окном кромешная ночь, свет притушен, семейство начинает общаться о своем семейном, я возвращаюсь на свою полку и вскорости засыпаю.

Будят проводники за полчаса до санитарной зоны…

Ну, мне-то собраться – сумку с третьей полки скинуть… а у мамы уже организовано хозяйство. Посуду помыть, Петю переодеть, домашние полотенца от колхозных отделить, прибрать мусор, посадить сад, окрасить заборы и совершить подвиг… наконец и у них сумки увязаны, и вот мы стоим в очереди на выход, и даже где-то уже ближе к середине вагона.

И тут мама вспоминает о том, что забыла что-то важное. Чертовски важное!

– А… ой! А где же наш папа???

И в этот момент я впервые за всю поездку слышу обреченно-философский голос мальчика Пети:

– Чучух-чучух, папа!

Оказывается, за всеми сборами папу просто… забыли спящим на нижней боковой… хорошо, что вовремя спохватились!

Дорожная зарисовка №3 Ряженка Казанская

С глубоким почтением к речфлоту и экипажу транзитного теплохода «Н.

А. Некрасов» середины-конца 90-х годов. Хотя, может, это был и любой другой из десятка теплоходов, на которых мы тогда успели покататься.

Но помните, что события вымышлены, совпадения случайны.

Небольшое важное пояснение: где-то года с 1995 нам чертовски понравилось ездить на Грушинский фестиваль не на поезде, а на теплоходе. Цена та же, зато приключение растягивается еще на неделю – три дня туда, да четыре обратно.