Город и море

И что продуктов там, где находится твое хваленое оборудование, для нас никто не заготовил? И что…

– Вот уж не думал, что ты будешь против.

– Я проверяю варианты. Неудача вполне возможна.

–Возможна. Но здесь тоже будет опасно… Коль, ты сам понимаешь, что вариантов нет.

– Как ты собираешься запускать электронику?

– Зануда. У меня есть генератор. И чтобы не было вопросов, он подготовлен к работе и полностью заправлен.

– Авантюрист…

Они еще долго спорили, иногда обзывая друг друга непонятными словами. Под их голоса она и заснула.

С оружием в убежище было не очень хорошо. То есть, был пистолет Дира у Кэтрин, но он пустой. Сувенир, игрушка. Еще было оружие, оставшееся от бандитов, и ружье отца Николая. Ружье священник брал с собой, если уходил надолго. Говорил, что это оружие устрашения.

Рано утром он разбудил Кэт:

– Пойдем, поищем Птенца. Страшно, конечно, оставлять их одних тут…

Кэт облизнула губы:

– Евгений Глебович Сойку в обиду не даст. Только…

– Что, Кать?

Кэт сосредоточилась, стараясь сформулировать мысль.

– Понимаете… он как будто идет наощупь или что-то делает в первый раз…

– Бог с тобой, Катюша. Ты считаешь, он может как-то навредить нашей Зое?

– Нет, конечно.

– Ты вчера рисовала.

– Мне показалось, что я его увидела. Но может, только показалось. Рисунок не очень получился.

– Покажешь?

– Потом. Когда доделаю.

– Ну, тогда одевайся. А я пока проверю дом…

Кэт собралась быстро. Беспокойство за Птенца не оставляло ее все последние дни. Она всегда знала, что этот дом – укрытие ненадежное, и что проживут они все здесь от силы зиму.

А что будет потом, она не могла представить. То, что будет потом, скрывалось от нее за темной завесой будущего, у которого, как известно, очень много вариантов. Хотя очевидный вариант всегда только один, но ведь для каждого момента очевидность – своя.

Когда зашла в комнату к чужаку, застала там уже всех. Сойка у окна раскладывала вырезанных из бумаги человечков. Ее губы шевелились, она придумывала для них счастливую жизнь, полную приключений.

– В этом обойма почти полная, – сказал священник, отдавая Евгению Глебовичу один из «бандитских» револьверов.

– Вы надолго?

– К вечеру вернемся. Или раньше, если найдем мальчишку. Дверь внизу я запру. Окна первого этажа недоступны. Все должно быть нормально, но на всякий случай…

Раненый облизнул пересохшие губы.

– Я не самый надежный защитник.

Кэт чуть сощурилась, вглядываясь в его лицо. Потом подошла, и тихо сказала:

– Самый надежный.