Последний год шахтарского общежития

Надя в это время рассматривала старые фотографии. Забавно, как простая оговорка вызвала у него самый настоящий ступор. Как будто он решил, что в архиве нашлись его собственные фотографии. Казалось бы, мелочь, просто переутомился. Ещё одна странная мелочь, которая мешала Наде воспринимать Эльдара как обычного человека, вроде Жени или Лены. Эти мелочи никак не желали складываться в единую картину, и она не могла в них разобраться. Но не успела Надя развить эту мысль, Эльдар повесил трубку и вернулся.

– Ленок решила, что после дождевых купаний тебе просто необходима баня, так что она «собирается».

– Не знаю, насколько это важно, но в архиве нет папок с протоколами собраний городской администрации за много месяцев. Думаю, в них были данные о Комитете по безопасности. Знакомо название?

По его лицу пробежала тень, отдалённо напомнившая ужас на лице Олимпиады Васильевны. Он сглотнул, покусал нижнюю губу, словно взвешивая слова.

– Знакомо, конечно. Не самая приятная страница городской истории. Их распустили вскоре после смерти прошлого архивариуса. Скорее всего, они же его и грохнули, потому и распустили. А папки они вынесли, чтобы даже следов о своём существовании не оставить. Смирись, ты эти протоколы уже не найдёшь. Или изорвали на мелкие кусочки, или сожгли.

– Тоже так думаю. Я спрашивала Женю и Лену, но они мало что знают о Комитете, – с долей сомнения заметила Надя.

На лице Эльдара не отразилось ни единой эмоции.

– Они не тратили всё своё времени на изучение истории Шахтара. Просиди в краеведческом с моё, и не такое знать будешь. А теперь вопрос к тебе: правило о паре?

Надя захлопала ресницами. Правило о паре, правило о паре… Она не смотрела в список правил уже довольно давно и помнила только про комендантский час. Не дождавшись ответа, Эльдар недовольно покачал головой.

– Если внизу слишком много пара, ты плотно закрываешь дверь и сообщаешь коменданту! А если будешь мешкать, как в прошлый раз, то нас всех опять будет трясти ночью! В этот раз с тобой будет Лена, а она всё это знает, но, пожалуйста, выучи его, наконец!

– Стоп, то есть если открыть дверь, когда там много пара, то ночью будет трясти? – он кивнул.

Эльдар не ответил. Он переложил фотографии в одну из тетрадей и что-то записал нечитаемым врачебным почерком. Надя в ожидании реакции блуждала взглядом по комнате.