Ускользающий город. Инициализация

Тёплая вода хлынула в пересохшее горло. Не дав сделать и пару глотков, бутылка исчезла. Свет потускнел.

Проморгавшись, Инокентий увидел его – человека, которого по дичайшей глупости принял за манекен. Неестественно чистые глаза всё так же смотрели куда-то сквозь пленника. Наволочка-туника едва заметно фосфоресцировала в полутьме. Инокентий скосил взгляд. Рядом лежал Фокусник, прикованный к кушетке. Из уголка рта у него капало что-то тёмное и вязкое. Подле, привязанный к стулу, сидел поразительно похожий на обезьяну человечек – сходство это подчёркивали близко посаженные глаза, крупные уши и характерные бакенбарды на две трети лица.

Кажется, оба «фокусника» были без сознания.

– Говори правду, и будешь пощажён! – пророкотал человек.

Этот тип обладает голосом артиста, не чурающегося трибуны. Инокентий видит, как Валерий взбирается на один из обеденных столов и разражается проникновенной речью, которую обрывают четыре санитара и врач со шприцом успокоительного. Это был его третий день в Гоголевке.

– Смотри на них, – продолжил «Ангел», широким жестом указывая на «фокусников».

– Рыжему пришлось пустить кровь, а мелкому – разбить челюсть. Всё потому, что они лгали. Ты понимаешь меня?

– Понимаю…

– Это мы посмотрим.

«Ангел» пропал из виду и вернулся с парой напечатанных листов формата А-4.

– Кто ты? – вопросил он требовательно.

– Инокентий. С одной «н». – «Зачем я всегда это уточняю?»

– Я не спрашиваю имени и особенностей его написания. Кто ты?

Инокентий перевёл дух:

– Судия.

Немигающий взгляд «Ангела» фокусируется на его лице.

Инокентий поспешил отвести глаза, чтобы не видеть эти чистые, сверхнормальные радужки.

– Повтори, – потребовал «Ангел».

– Я – Судия.

«Ангел» швырнул листки на пол и начал ходить кругами, схватившись за голову. Инокентия замутило, и он закрыл глаза.

– Ты не врёшь.

Инокентий услышал, как «Ангел» подвинул стул к нему поближе. Сел. Запахло миррой и лежалыми яблоками.

– Но знаешь ли ты, кто такой Судия?

Инокентий открыл рот, но не издал и звука.

– Нет, – обронил, наконец, он, только чтобы выбраться из тугодумной пустоты в голове.

– А я скажу. Это тот, кто судит. – «Ангел» разразился металлическим смехом. Всё очевидное кажется ему смешным. – Капкан… силки… ловушка! Ловушка! – как ребёнок он радуется, что вспомнил подходящее слово. В мире, где всё слишком сложно, радоваться можно только мелочам. Они чисты в своей простоте и не имеют привкуса. – Это ловушка, Судия. Не суди, и не судимым будешь. Так говорят в народе.