Ускользающий город. Инициализация

Ему доводилось убивать людей намного более родных, нежели очередной случайный любовник жёнушки.

– Случайный… – расстроенным попугаем повторил Алан.

Стомефи встал и бесцеремонно потянул его за собой.

– А ну, поднимайся! Ты в шаге от того, чтобы избавиться от меня, Чернокаменска и своего долга. Умойся, оденься. Жду в коридоре. А вы, – обернулся он на звук открывающейся двери, – приберитесь здесь, пожалуйста.

В номер зашли два человека с каменными лицами, носилками и мешком для трупов. Алан чуть ли не бегом поспешил в ванну.

При всём своём здоровом любопытстве кое-какие вещи он предпочитал не видеть.

На раковине розовели признаки женского присутствия – какие-то кремы, скрабы, масла. Один тюбик Лиля забыла закрыть, явно рассчитывая, что скоро им воспользуется. Алан расшвырял всю косметику на пол и упёрся взглядом в замызганное зеркало.

Надо же.

На лице уже проступила неряшливая растительность. Сколько он провёл в этой кошмарной гостинице? Алан напряг память, но все его воспоминания сливались в экспрессионистское марево, а художника, готового хоть часами разъяснять заложенные смыслы, поблизости не было.

.. Стомефи?

Алана сполоснул руки, как следует помыл лицо и, разлепив глаза, увидел в зеркале до боли знакомую фигуру в кожанке, что стояла за спиной, терпеливо дожидаясь, когда он уже освободит раковину.

– Твою… fuck!

Алан резко обернулся, до зуда во лбу готовый словить пулю, биту, или цепями… Но никого за спиной, разумеется, не было. И куда прикажете выплёвывать застрявшее в глотке сердце?

Странник, тяжело дыша, выбрался в комнату и обнаружил, что её уже подчистили.

О существовании Лили Киновы (ударение на и!) напоминали только разбросанные по ванне тюбики. Пожалуй, иногда лучше уходить из жизни именно так – оставив недоумевающим потомкам пару выдавленных тюбиков.

Мысль эта громоздилась в голове Алана, пока он собирал свою разбросанную по номеру одежду и облачался в неё прямо на ходу. В коридор он вышел, так и не найдя – разумеется! – одного носка.

Стомефи стоял чуть поодаль от двери в номер Лили и разговаривал по мобильнику:

– Почему я в этом уверен? Тебе действительно нужен ответ? Ну, ладно. Потому что мне невозможно соврать, глядя в глаза. Ага. Да. Слушай. Да, теперь меня слушай. Произошла рабочая ситуация. До чёртиков странная, но рабочая. Я ведь не сообщаю тебе о каждой подписанной бумажке? Так что хватит распускать нюни и продолжай, в сраку тебя, работать! Всё, жду хороших новостей.