Ускользающий город. Инициализация

Фестиваль воздушных шариков на Петровской площади закончился спецоперацией силовиков… Титанические конструкции из пластиковых бутылок, собранных с улиц Чернокаменска за полгода, должны напомнить о проблеме загрязнения окружающей среды…

Евгений покосился на сплющенную бутылку под ногой и лаконичным пинком отправил её на дорогу.

- Не унимаются долбаные художники, - посетовал Игрок. - А, вот. В порту Чернокаменска задержан корабль, из которого пропал груз. Экипаж задержан, ведётся следствие…

- Чего?!

Искатель выхватил телефон у Игрока, устроив Евгению резкую головную боль, и три раза прочитал новость.

Собрат-Аспект не шутил.

- Что за бред… Азилев! Мудак…

- Азилев? – изменился в лице Игрок. – Так вот ты почему…

- Спасибо, - сказал Искатель, подразумевая «заткнись», и вернул ему телефон. – Мне пора. Отсюда до порта сколько пешком?

- Полчаса… - промямлил Игрок, сбитый с толку активностью Искателя, которая может обернуться непривыкшему носителю чем-то пострашнее головной боли.

- Куда? На север? А, он вспомнил.

Искатель устремил Евгения в порт, поиграв на его боязни пропустить чей-то звонок. Чей – Аспект так и не разобрал. Носитель отдавал свои воспоминания с боем и по крупице, и это ставило мягкое слияние под угрозу. Если они не достигнут совершенного симбиоза к началу реальных проблем, придётся взять контроль резко, разрушив его психику, либо сидеть и уповать, что носитель выкрутится сам. Выкрутится…

Евгений сначала бежал по паутине треснувшего асфальта, но, быстро выдохшись, сбился на торопливый шаг.

Безрадостные панельные дома Горок проплывали мимо, эти ископаемые, застывшие в дикарских плясках вокруг уродливых торговых центров. Леденящий ветер забирался под куртку и кожу. А в небесном зазеркалье, за густыми, как мазут, облаками мерк свинцовый фантом солнца.

Евгений зашарил по карманам в поисках наушников, но тут же вспомнил об отсутствии телефона. Искатель облегчённо вздохнул. Мясной тяжеляк, которому отдавал предпочтение этот носитель, защищал бы его подсознание лучше медитативных техник.

Только поп- и клубная музыка могли составить достойную конкуренцию тяжелейшим сортам метала. Об эпохе же дабстепа многие до сих пор вспоминают с содроганием - даже те, кто бытовал тогда в совершенном симбиозе.

Без плейера Евгению пришлось отгонять скуку иным, старым и добрым способом – рефлексией. Нет Аспекту ничего лучше этих пережёвываний недалёкого прошлого, тянучке о детстве, анекдотических «Могу ли я? Хочу ли я? Дерьмо ли я?»...