Маг поддержки: тёмный старт.

Подстроить смерть тех двоих в финальной битве с Феркоххатом, не выдав им в нужный момент защиту или ускорение, и зажить счастливой жизнью, пожиная лавры победителей. Отказаться от своей глупой мании бороться со злом до конца своих дней. Пусть другие борются, достойных воинов и воительниц в Селтеронии и без нас хватало.

Пиликнул смартфон: пришёл перевод от Сайзела на сумму в двадцать тысяч ауров (это название местной валюты). Не знаю пока, много это или мало, но лишним не будет.

Остаток дня я снова провёл в интернете, в том числе узнав, что полученная двадцатка — очень даже внушительная сумма.

Грейсия Флой: Чтобы завтра как штык был в 8 утра на работе! У нас будет важный разговор!

Да-да, мне уже и самому не терпится приступить к работе. Я уже успел понять, что военных конфликтов в современном Зайране происходит куда меньше, чем в шестом веке, и преобладают здесь именно мирные профессии, а не работники меча и магии. Хотя для последних тоже работа всегда находится.

***

Вторник.

Следующим утром я вошёл в магазин, вывеска которого гласила: «Оккультный мир». Один из тех, что держат мои родители и разводят там лох... То есть, я хотел сказать, снабжают истинных ценителей магии наделёнными силой талисманами.

— Приветствую, господин Ноэл, — кивнула мне молоденькая девица за кассой. — Ваши родители ждут в кабинете.

Мне кажется, или я вижу в её взгляде неприязнь? Работать в семейном бизнесе мы, значит, не хотим, но вот приставать к персоналу — это всегда за милу душу, да, Ноэл?

Немного поплутав по коридорам и найдя кабинет, я впервые увидел своих родителей.

На вид ничего особенного, мужчина и женщина в возрасте. Одеты опрятно, как и полагается знати. Всё же не меднокровки какие. Не подумайте, это я всего лишь Ноэла передразниваю. В Селтеронии мы не делали различий между простолюдинами и знатью, и вставали на защиту всех, кто не мог защитить себя сам.

— Явился, надо же, — недовольно проговорила тётка. То есть, я хотел сказать, моя матушка.

— Садись, поговорим, — сказал отец.

— Да не делайте вы такие серьёзные лица, — сказал я, усаживаясь в кресло. — Всё, я наотдыхался, готов приступить к труду и обороне. Рассказывайте, какие будут обязанности, исполню всё в лучшем виде.

— Если готов к обороне, это хорошо. Ведь именно этим ты и займёшься.

— В смысле? — не понял я.