Воспитывая волшебника

Словно удар гонга прозвучал внутри – вот он, момент истины.

– Он. Мой. Сын, – неожиданно охрипшим голосом произнес Олег.

Лицо Адама побелело и пошло красными пятнами. Его рука быстро скользнула в карман выдернув пистолет.

– Сдохни! – прошипел Адам.

– Не-ет! – детский крик совпал с грохотом выстрела.

Острая боль пронзила грудь Олега. Скованные за спиной руки и ведущие его спецназовцы не оставили ему никакого выбора. Однако его конвоиры, в шлемах и бронежилетах среагировали на шум выстрела по-своему – они синхронно бросились в разные стороны.

Олег, к боли которого добавилась внезапная слабость в ногах, рухнул на колени.Сжав зубы, не поддаваясь слабости, он впился взглядом в стрелявшего, ожидая следующего выстрела. И с ужасом увидел, как Адам разворачивается к бегущему через двор мальчику.

Олег ощутил, что силы покидают его, разум затуманивается. Он не успевает. Олег собрал всю свою волю, все силы и веру, и вложил в мысль-желание защитить Темку от обезумевшего человека.

– Если не с нами, – Адам навел пистолет на мальчика, – значит не достанешься никому!

– Не-е-ет!!! – под общий вскрик грянул новый выстрел.

Время словно остановилось. Пуля, уготованная Темке, вдруг завязла в странно сгустившемся воздухе, блеснула на солнце и упала на асфальт. Это заметили лишь Олег и мальчик. Все вокруг застыло.

Пауза показалась Олегу вечностью. Но вот гулким колоколом бухнуло очередной раз сердце в ушах Олега. И мир ожил. Первыми очнулись спецназовцы, наконец, вспомнив свои навыки.

Олег тяжело сел – силы иссякли, боль в груди стала невыносимой, красная влага обильно пропитала одежду. Он с грустью смотрел на обретенного сына. Смотрел мутнеющим взором, стараясь в эти последние, уходящие мгновения прожить всю свою несостоявшуюся жизнь, прожить вместе с сыном.

А Темка с мокрыми глазами стоял перед ним, не ведая как помочь. Он сильно дрожал. От страха и волнения. Но не за себя. Мальчик не испугался пули, летящей прямо ему в лицо.

Вокруг них началась шумная суета: хлопали двери машин, бегали люди, раздавались возгласы и команды. Но смертельно раненный мужчина и мальчик ничего не замечали. Олег совсем ослабел, сознание угасало, погружаясь в мутную пелену. Из-за боли он уже не мог дышать, рот наполнился кровью. Олег смотрел в глаза сына до последнего.

– Ты. Не будешь.