Заступник. Твари третьего круга

— Фолк, привет. Отзови охрану, я останусь на выходные у Эррана. Мы неплохо продвинулись за последние дни, и он не хочет останавливать эксперименты.

— Хорошо, Ники. Наконец-то ты взялся за ум. Я горжусь тобой.

— Спасибо, — выдавил Ник.

— Кессель там? Пожалуйста, передай ему трубку.

— Э… Он сейчас ужинает в столовой… Слушай, мне нужно идти.

— Ладно, я ему сам перезвоню.

— Мы хотели отключить телефоны, чтобы нас никто не отвлекал.

— Хорошо. Передай, что я очень доволен его работой и последним отчетом.

Пусть назначает стендовые испытания на следующей неделе. Я приглашу мэра Романо.

— Конечно, Фолли. Увидимся в понедельник.

Стендовые испытания. Это может означать только одно — Эрран закончил свой прибор. Если испытания пройдут хорошо… А может, все к лучшему? Больше не нужно будет отгонять мглу от гвардии Фолка и брат оставит его в покое. И он наконец-то получит свободу, о которой так долго мечтал. Погрузится с головой в исследование Темного, навестит Дугала и наговорится с ним досыта.

Воспоминание о нищем бродяге всколыхнуло чувство вины. Ник отогнал его — а что он мог сделать? Охрана, приставленная Фолком, ходит за ним по пятам, только что в туалет не лезет! Один раз Нику удалось-таки сбежать от соглядатаев и увидеться с Дугалом…

Топот в коридоре — охрана делает вечерний обход, проверяя сигнализацию.

Хорошо, что тут нет системы наблюдения. Тот, кто основал центр, был таким же параноиком, как Фолк, и сделал все, чтобы непосвященные не могли проникнуть в его тайны.

Даже ближайшие сотрудники Кесселя вряд ли знали, чем они в действительности занимаются.

Ник выждал еще четверть часа после того, как затихли шаги в коридоре, и выскользнул из подсобки в тускло освещенные коридоры. Кроссовки ступали мягко и беззвучно. Никого. Темный в его распоряжении на все выходные!

У Ника забилось сердце. Для него время в Темном текло в четыре раз быстрее по сравнению с тем же Граем. Эрран начал эксперименты с пятнадцати минут и довел до часа.

За это время Ник успевал провести в Городе без малого сутки. А теперь у него было сорок восемь часов! Почти сорок дней свободы. Без тормозящего Грая, без дурацких заданий, без надзора Эррана!

Единственное, чего ему будет не хватать, это странных тягучих разговоров с напарником. Почему-то в обычном мире они разговаривали очень мало, но Темный располагал к откровенности. Может, оттого, что попавшие сюда были равны перед ним и не могли осуждать других.