Заступник. Твари третьего круга

Во всяком случае, когда герой Киала, не теряя усталой полуулыбки на загорелом лице, раз за разом выпутывался из подстерегающих его на каждом шагу ловушек, Ланка смотрела, не отрываясь. Она почти поверила ему и чуть не заплакала, когда он упал в кресло и с трудом прошептал: «Все, не могу больше… Прости меня, любимая…» А прекрасная напарница его, в исполнении очаровательной Леды Тарк, опустилась на колени и молча смотрела, как закрываются карие насмешливые глаза. Навсегда.

Потом возник Город. Ощущение было такое, будто Ланка, перегревшись на солнце, с размаху кинулась в ледяную воду.

Неправда! Просто город — пыльный, скучный, снятый почему-то на черно-белую пленку. Нестрашный.

А уж когда из-за угла выскочило чудовище, напоминающее помесь крокодила со слоном, и, картинно скаля кривые желтые зубищи, набросилось на Киала… Это было не просто неправильно — это было глупо! Ланка почувствовала себя обманутой. Чудовища! Ха! Если бы ужас Города заключался в капающих слюнями на асфальт монстрах — она бы, ни секунды не колеблясь, треснула распалившегося Мика прямо по носу тогда, в беседке.

Нет, тот зыбкий кошмар не-живого и не-мертвого обиталища призраков не могла передать жалкая суета теней на экране домашнего кинотеатра.

* * *

В пансионат идти не хотелось. Гудло слюнявил Ивкину шею, нетерпеливо покусывал мочку уха. От нее пахло просто сногсшибательно. От близости горячей, зовущей плоти внутри все горело.

— Поздно уже…

— Я ненадолго, Иви. Обещаю, сразу уйду, — он стянул узкую бретельку сарафана.

Мягкая грудь едва помещалась в ладони.

Нервный смешок:

— Завтра, все завтра. Тебе надо отдохнуть.

— До пансионата вон еще сколько идти… Я останусь у тебя. Не откажешь своему жениху в ночлеге? Ну же, иди ко мне…

— Тихо… Мать услышит. Подожди до завтра.

— Ты меня не обманешь?

— Приду к полудню, как договаривались. Спокойной ночи.

Она выскользнула из объятий. Стукнула калитка.

Гудло шумно вздохнул, повернулся и пошел, осторожно ступая по пыльной дороге.

Усталость навалилась душным ватным одеялом. Лежать бы сейчас в постели с Ивви, а не плестись в темноте! Какая женщина!

Огни пансионата прыгали в глазах, и от этого к горлу начинало подкатывать. Зря он перебрал в этом идиотском баре. Огни то приближались, то удалялись, и Гудло никак не мог определить, сколько еще идти.

Он оглянулся и заметил две серые тени. По спине побежал холодок. Гудло медленно потрусил вдоль реки. Тени не отставали, но и не приближались.