Странники во времени. II. Встречный (мой добрый приятель Ди)

В тусклом сумеречном свете луны, показавшейся из-за туч, она казалась посеребрённой. Снег, выпавший несколько дней назад, истаял почти весь, и лишь отдельные белесые островки виднелись то здесь, то там.Хижина Хранителя Ключей, стоявшая на краю лужайки, — совсем близко к Запретному Лесу, — казалась форпостом стражей, охранявших обитателей Хогвартс. Окна её были темны: скорее всего, хозяин всё ещё находился во власти Морфея — повелителя снов. Что ж, Оливеру Флэмингу это было на руку.«Не моя история… – размышлял волшебник, бредя через лужайку и чувствуя, как сжимается его сердце.

– Но чья?..»В этот столь ранний час маячивший вдали замок, окутанный туманной дымкой, походил на призрачную твердыню из Страны Грёз. Каким величественным и неприступным он выглядел! Живое воображение волшебника, остановившегося на опушке Леса рисовала удивительные и живые картины, вновь возвращая его в прошлое, когда он, будучи совсем юным, впервые ступил под сень этих холодных гранитных стен. Тогда он и представить себе не мог, что его ждёт — были одни лишь загадки, ответ на которые был в будущем…Поднявшись на небольшой взгорок, Оливер приостановился и оглянулся. Запретный Лес отсюда походил на размытое тёмное пятно. Почувствовали ли его обитатели, что в их обитель заглянул древний дракон? Ощутили ли его магию?.. Наверняка. Кентавры — так уж точно!«Не моя история…» Взгляд волшебника, сделавшись рассеянным, устремился куда-то вдаль. Перед внутренним взором всплыла ещё одна живая картина…… В тот вечер в общей гостиной Гриффиндора он застал лишь её сидящей в одном из кресел у жарко пылающего камина. На коленях Джейн лежала раскрытая книга. Нет, не из школьной библиотеки, но… В книге той излагалась его жизнь, с предельной точностью и остротой. О том писателе, что стал невольно его биографом, Оливер знал лишь понаслышке от приёмного отца…«А что же теперь?.. – размышлял Оливер, медленно идя к замку. – Неужто в Хогвартс появился кто-то, о ком написана повесть… или всё ещё пишется?»Парочка запоздалых летучих мышей пронеслась над самой головой волшебника, едва не задев его. «Что ж, всё может быть, дружище, – продолжал он мысленный диалог с самим собой, поднимаясь по крутым ступеням широкого крыльца к главному входу. – В мире творится много чудесного, что не всегда поддаётся объяснениям. Под одной крышей могут параллельно уживаться несколько историй, и их герои никогда не встретятся.