Шатун

Однажды – до полнолуния оставались считанные дни – мне приснился удивительный сон. Не кошмар, нет. Но и не обычный сон из разряда тех, что снятся нормальным людям без чёрных меток. С одной стороны, сон был не особо-то и страшный, а с другой – таилось в нём что-то тяжкое, злобное, неприятное, как во взгляде тигра, готового к смертельному прыжку.

В этом сне я был то одним, то другим человеком, причём перемещение между телами происходило совершенно незаметно и безболезненно. Я почти не замечал этого и принимал, как должное.

Одним словом, сон подчинялся своим законам.

Сначала я был древним жителем Восточной Европы (почему-то я твёрдо был уверен, что это Восточная Европа). Я ощущал холодный воздух, которым дышал древний ледник, постепенно отступающий к северу. Мои синие босые ноги шлёпали по бесконечным лужам и озеркам талой воды, а к ветхой одежде из шкур прилипли сосульки.

Я и другие дикие члены нашего племени шли за пришлым вождём... Он пришёл откуда-то с севера и заслужил наше уважение и страх своими нечеловеческими способностями, своей звериной силой и демонической яростью.

.. Новый вождь, умевший говорить с духами, вёл нас к Ночным горам, где пряталось неописуемое зло (звучит нелепо, но во сне, в теле этого несчастного кроманьонца мне было не до смеха). Ужасные истории об этих горах передавались из поколения в поколение.

Одно из преданий гласило, что когда-то давно одно из человеческих племён, скрываясь от неведомого врага, спряталось в бесчисленных пещерах Ночной Гряды и заблудилось там на многие века.

В вечной тьме, что не рассеивалась лучами солнца от рождения мира, заблудшие обрели невероятные силы. Старики шептали, что заблудшие встретили в бездне под горами ещё более древних существ, один вид которых свёл бы людей с ума, и стали поклоняться им, обезумевшие, как богам.

Наш вождь каким-то образом одержал победу на Заблудшими, запечатав вход в пещеры на долгие года. Он лишил возможности Заблудшим вмешиваться в дела обычных племён на несколько тысяч поколений.

Кажется, я – тот, который во сне, – погиб во время этой битвы, потому что не запомнил, что было дальше.

Продолжение удивительного сна происходило вроде бы в веке этак в восемнадцатом-девятнадцатом, если судить по одеждам и окружению.

Я был хилым и голодным мальчиком из работного дома Лондона и однажды ночью, сытый по горло побоями и издевательствами надсмотрщиков, решил сбежать куда глаза глядят. Со мной пошли другие ребята.