По следам кошек

Балам, правда, в россказни эти не сильно верил, но из них же знал: можно вернуться в прошлое, если тронуть камень и загадать желание.

Так он и сделал: Балам просто попросил, чтобы дети видели в нем охотника, но не мать; чтобы он вызывал в них гордость и страх, а не любовь ─ в конце концов, чтобы его уважали. И камень исполнил это непростое желание. Его сила обернула Балама священным ягуаром. Отныне он самый быстрый и сильный, но… Больше не человек.

Однако самое страшное Балам осознал потом, когда уже сбежал: ему предстояло проглотить четвёртое солнце, ведь он стал не просто ягуаром, коих перевидал множество, а священным животным.

А значит, жить Балам будет до тех пор, пока предыдущее солнце, третье, не упадёт.

Бывший охотник был в отчаяньи: он обрек себя либо на вечную жизнь, либо на прямую погибель.

Он ведь не хотел ни того, ни того, но исправить что-либо было уже нельзя.

Тигр

Це Ти был ребёнком монаха. Многие из уважения к духовному сословию считали подобное происхождение благословением, но для ребёнка это был ад.

Практически во всём: Це Ти не любил вставать рано, не любил ходить за лекарствами на гору, не любил то, что им дают есть. Пресная и скудная пища, “чтобы держать тело в чистоте, а разум в ясности” сводила его с ума вместе с тысячей обрядов, молитв и поклонений каждый день. Мясо же мальчик ел только по праздникам да в день полной луны. Взрослые говорили: в полнолуние нужно есть мясо обязательно, иначе тигры увидят в них людей и съедят. Сам Це Ти в это не верил, но мясо ел исправно, потому что оно было сытнее пресной повседневной пищи, и потому что его редко давали.

Всё это время мальчик рос с парой других ребят в храме, однако этого круга общения ему было мало.

Когда же Це Ти стал старше, и взрослые монахи уже не могли дать ему должного образования, парень получил разрешение на спуск с горы для посещения школы. Вместе с этим возник и целый свод старых-новых правил: всё так же нужно вставать рано, молиться и придерживаться столь же строгого питания.

В школе же ему было запрещено строгий режим питания нарушать, задерживаться, и тем более вмешиваться в конфликты.

─ Веди себя так, словно ты зритель. Не обращай внимания на чужие конфликты, но учись и слушай учителей, ─ наказал ему отец.

И первое время Це Ти так и делал: он не вмешивался в ссоры, возникавшие в коллективе, вёл себя отстранённо и вежливо. Однако его гложела зависть: прочие дети дружили, общались, играли и шутили, и только он был в стороне.