Талисман гномов, или Джига со смертью

Горничные слышали, как барон грозился убить баронессу, если она не прекратит наставлять рога.

— Ну, как правило, между словами и делами очень большое расстояние, — неуверенно протянул я.

— Мы бы так и подумали, но полиции очень повезло. Кроме мотивов нашлись и другие улики, непосредственно указывающие на личность убийцы. После того, как барон зарезал свою жену, он стал спускаться по лестнице со второго этажа, где находилась спальня баронессы, случайно поскользнулся на ступеньке и упал, да так сильно, что потерял сознание.

Таким его и обнаружили слуги. Возле барона лежал окровавленный нож — видимо, выпал во время падения. Мы установили, что баронесса была зарезана именно этим ножом. На ноже нашли отпечатки пальцев фон Глерна. Этого вполне достаточно для того, чтобы обвинить барона в убийстве: преступников казнили и с меньшим набором улик. В общем, обычный криминал, семейная ссора на почве ревности. Служба безопасности умывает руки. Нам тут делать нечего, пускай полиция доводит дело до суда. Будь барон хоть трижды аристократом, от виселицы ему не отвертеться, это уж как пить дать!

— Понятно, — протянул я. — А кто из полицейских занимается убийством?

— Я ждал приезда лейтенанта Морса, но его никак не могут найти. Обыскали и дом, и места, в которых он любил бывать, но без успеха. Морс как в воду канул. Придется писать рапорт на имя полицейского суперинтенданта — пускай наведет в своем хозяйстве порядок, — на физиономии Димсона появилась довольная улыбка.

Служба безопасности и полиция находились в постоянных трениях и при каждой подходящей возможности стремились уесть друг друга.

— Ну, счастливо, Димсон. Удачи и роста в карьере.

— Спасибо. Кстати, насчет карьеры — я теперь младший следователь. Это означает двукратную прибавку в жаловании, правда, и со службы теперь можно вылететь в два раза быстрее. Господин Брутс лентяев и дураков не терпит, — улыбнулся довольный тем, что ему не пришлось влезать в расследование убийства, Димсон и ушел к стоянке кэбов.

Служебная карета ему, видимо, не полагалась.

Я почесал в затылке. Убийство баронессы не выглядело случайным, особенно учитывая его характер. Мне почему-то показалось, что смерть Болванчика и гибель баронессы являются звеньями одной цепи. Я не имел доказательств, но интуитивно чувствовал, что, скорее всего, эти люди погибли от рук одного убийцы. Тогда круг подозреваемых сужается до графини Де Сток и таинственной незнакомки.