Каждому своё

Мало того, утверждалось, что и дорожно-транспортное происшествие являлось заказным — мол, предпринимателя хотели сначала просто подставить и посадить, но потом решили, что этого недостаточно, и наняли киллера.

Версия, естественно, так себе, но определенное смятение в умы она всё же внесла. Сразу после её обнародования на разных ресурсах начали раздаваться голоса не только в осуждение, но и в защиту виновника ДТП. Пусть их пока было немного, но, чем чёрт не шутит, пройдет неделя—другая, и вектор общественного мнения может внезапно смениться на противоположный.

* * *

— Встать! Суд идёт.

Сегодняшнее заседание, с точки зрения Плотникова, не предвещало ничего необычного, если конечно не считать повышенного внимания прессы. А вот что слегка удивило судью, так это явное «перевозбуждение» назначенной государством адвокатессы.

Да, сегодня она впервые в жизни представляла суду свидетелей со стороны защиты, но всё равно — это вовсе не повод, чтобы так волноваться.

— Прошу вас, Ирина Юрьевна, — не стал мариновать даму Николай Иванович, когда та, словно школьница, принялась ерзать на своём месте, желая поскорее назвать имя первого приглашенного.

— Ваша честь, я прошу пригласить в зал Комарову Нину Сергеевну, — одним духом выпалила госзащитница Шерстолапова.

Тот, как заметил Плотников, продолжал оставаться невозмутимым и безучастным.

Первой свидетельницей оказалась весьма разбитная, если не сказать вульгарная, девица лет двадцати пяти.

— Нина Сергеевна, вы не могли бы перестать жевать? Здесь всё-таки суд, а не деревенские посиделки, — одернул её Плотников после краткого объяснения секретарем свидетельских прав и обязанностей.

— Да пожалуйста, — пожала плечами дама и выплюнула жвачку прямо в имеющуюся при себе сумочку.

— Нина Сергеевна, расскажите суду, когда и как вы познакомились с потерпевшей? — начала адвокат.

— С Тамаркой-то?

— Да.

— Да без проблем, — усмехнулась свидетельница и приступила к рассказу.

По её словам выходило, что она и Тамара Саблина познакомились полгода назад и до момента смерти последней работали в одной парикмахерской. Сама Саблина была родом с Рязанщины и проживала в Москве чуть больше четырёх лет.

— Комнату она снимала у алкашки какой-то, — пояснила «подруга». — Говорила, что это её, типа, тётка троюродная. Но я же видела, врёт. Пыль, наверно, в глаза хотела пустить.