Революция

Дома меня встретили Нина и Зина. Тетки категорически запрещают называть их тетями. Они как раз приготовили большой пирог с картошкой и фаршем. Запах я почувствовала еще с улицы. Но он вызвал у меня не обильное слюноотделение по причине давнего завтрака, а нешуточную тошноту, вызванную качелями. Еще не отошла от поездки по горам.

Конечно, тетки мне обрадовались. Нина сказала, что хочет быть моей печатной на запечатлении. Вот зачем меня сюда отправили, оказывается. А предупредить нельзя было? Я бы как-нибудь подготовилась.

Морально. Хотя, я совсем не против, потому что давно сама об этом думаю.

Только где тут церковь-то? Рассказывали, что на самом высоком месте раньше стоял Христорождественский собор. Он был огромный и красивый. Теперь там небольшая площадь перед заводоуправлением, да старые липы. А еще краеведческий музей. Взорвали собор после Революции.

Единственная церквушка осталась в Барочной. От Зины идти до нее около сорока минут. Да и службы там идут нерегулярно. Но ведь нам не службу надо, а запечатление.

Оказалось, Нина обо всем уже договорилась с батюшкой. Он специально приехал из Злоказово. А церковь называлась Казанской.

Так как с маршрутным транспортом здесь напряжёнка, мы с Ниной пошли пешком. День выдался ясный. К двенадцати, когда нам нужно было подойти в церковь, воздух уже раскалился. Улица Ленина сама по себе заросшая старыми липами, давала приличную тень. От дома Зинаиды она ныряла к перекрестку с Ленинградской, а потом резко подскакивала к центральной площади, на которой вместо собора теперь красовался краеведческий музей с колоннами.

А после дорога сбегала на плотину машзавода. Вот после плотины и шел самый неудачный участок. Вдоль заводских корпусов с одной стороны и бетонного забора с другой дорога была пыльной и не обладала ни клочком зелени. По жаре тут идти был сущий ад. Конечно, можно было пролезть в дыру в заборе, и срезать через заводские железнодорожные пути, но такой вариант мне не очень понравился.

Я вообще боюсь поездов. А тут еще и территория завода.

Лучше уж париться по дороге, чем лезть туда. По верху забора натянута колючая проволока. Нас явно там не ждут.

Белая церковь вынырнула из-за поворота внезапно. Голубая главка почти слилась ярко-синим небом. Ни одного облачка.

Мы прошли в огромную черную дверь, обитую дерматином, и попали в притвор. Здесь располагалась лавка со свечами и иконками. Нина купила у бабульки в белом платочке свечи и икону Богородицы. А еще мне нужен был черверовестник.