В тихом омуте черти водятся

- То, что я подменяю сегодня некстати заболевшего коллегу вряд ли можно считать таковым, - хмыкнула я, чувствуя, как бледнею под его пристальным взглядом.

Правда, на мне такой тщательный боевой раскрас, что хоть красней, хоть бледней - незаметно. Мстислав одобрительно хмыкнул, бросил ноутбук рядом на сиденье и кивнул:

- Отлично. Сейчас вам нужно будет пойти со мной.

После его слов ощущение какой-то потусторонней жути схлынуло, а сердце вернулось к привычному ритму, продолжив, как ни в чем ни бывало поставлять кровь во все сосуды.

Я почувствовала, как скулам потеплело.

- Господин Лыков, - преувеличенно-вежливо обратилась я, выходя из машины и пикая брелоком сигналки. - А вы по идеологическим соображениям не пользуетесь услугами секретаря или он так же внезапно... занемог?

- Виктория, - хищно усмехнулся он. - Если носителем идеологии является один единственный человек, то это не идеология, а, скорее, диагноз. А секретари у меня долго не задерживаются... ритм жизни, видите ли, не тот.

Он развернулся и направился в сторону высоченных стеклянных дверей, даже не удостоверившись, что я последовала за ним.

Ладно, будем надеяться, что в кабинет за собой он меня не потащит, а там уж я смогу хотя бы сообщение написать Филарету.

- Рад видеть вас, Мстислав Ярославович, - с ласковой улыбкой прокряхтел старый ушастый пень, поджидавший нас на ресепшене.

Честно признаться, я несколько иначе представляла себе офтальмологов в подобных медучреждениях. Как? Ну, уж точно не горбатым стариком с седой порослью на оттопыренных ушах и лысиной формата "озеро в лесу"! На здоровенном горбатом носу сидели очки с такими запредельно толстыми стеклами, что я невольно посочувствовала Лыкову.

Интересно, врач ему в глаза на ощупь капать будет?

- Взаимно, Виктор Сергеевич, - скривился Лыков, покосившись на меня.

- О! У вас новая очаровательная спутница!

- Это не моя, - кажется, смутился мой пассажир. - Мне ее подкинули... вместе с машиной.

Я еле успела проглотить смешок, а вот Виктор Сергеевич не отказал себе в удовольствии посмеяться, увлекая нас в боковой коридор.

Перед дверью кабинета доктор замешкался и, глядя на Мстислава снизу вверх, проникновенно прошептал:

- Мстиславушка, может, оставим девчонку здесь? Жалко все-таки... молоденькая совсем...

Терпеть не могу вот это "молоденькая совсем"! Мне нравился мой возраст, я совершенно его не стеснялась, и уж тем более не вздыхала "где мои шестнадцать лет". Да, выглядеть молодо мне нравилось, но это другое.