Про бухгалтера Наташу. Не обижай золотую рыбку

Он освещает захламлённую комнату с ободранными обоями, старинная железная кровать с панцирной сеткой, к спинке которой привязан улыбающийся экстрасенс. Улыбка немного кривая из-за разбитых губ, глаз заплыл.

От созерцания милой картины отвлекает возглас слева:

- Как замечательно! Сама явилась, не пришлось искать! ГГ так и говорил. Побейте немного этого недомага, птичка и прилетит!

- ГГ это Главгад? – уточняю я зачем-то. Не узнаю своего голоса. Низкий, идёт откуда-то из солнечного сплетения и слегка вибрирует.

Замечаю, что кроме фонаря, у тёмной фигуры, из-за слепящего фонаря не вижу лица, в руках наручники.

Не вижу, но чувствую, за дверью ещё стоят два человека.

- Не смей так называть нашего отца! Завизжала тёмная фигура и двинулась ко мне.

- Стоять! – мой голос стал ещё ниже и вибрации голоса превратились в рык.

- Вон отсюда! Своего мага могу бить только я, - несла я какую-то чушь. Важны были не слова, а убийственная вибрация, направленная прицельно.

Мужичка снесло и впечатало в стену рядом с выломанным дверным проёмом, из которого вылезло ещё двое чудаков, направляя на меня предметы, похожие на пистолеты.

- Вон! – кажется уже нельзя говорить ниже, но я постаралась. Звуковой волной любопытных стрелков выносит в тёмный коридор. Похоже, они встретились с противоположной стеной. Стало тихо. Значит, не вернутся. Решаю закрепить успех. Выглядываю в коридор и приказываю: - Лежать, не двигаться!

Надеюсь, послушаются. Предметы, похожие на пистолеты, теперь спиралевидные конусы. Красиво.

У стены без сознания лежит грубый мужичок с фонариком. Это ж надо, фонарь цел и даже светится. Беру его, освещаю грубияна, обыскиваю, нахожу в кармане предмет, похожий на нож. Кажется, нужно нажать кнопку. Нажимаю, лезвие выскакивает и чудом не попадает хозяину в глаз. Забираю наручники.

- Лежать! – на всякий случай приказываю и ему. Не слышит.

Возвращаюсь к кровати. Григорий почти висит на веревках, впившихся в руки, которые, кажется, посинели. Или это свет от фонарика так падает. Кромсаю ножом верёвки.

Могу и голосом. Но боюсь промахнуться.

Верёвки перепилены, тело падает на пол. Что же мне с тобой делать? Мелькает мысль, понести на руках. Но это даже для меня слишком. Одно дело голосом вынести дверь, другое…

Вспоминаю его слова, что работаю всегда на Анахате. Попробую. Кладу руку на его грудь, направляю поток от Анахаты по руке. Потом провожу по лицу, шее. Внутренним взглядом смотрю на работу. Вокруг руки зеленоватый ореол.

- Где мы? – похоже.